Присели на диван, Борис Михайлович поднял телефон и отдал кому-то распоряжение:

— Зайцева и Капусту ко мне.

— Что-то дуэт куплетистов, судя по фамилиям, уже кажется мне смешным, — заметил я.

— Вот и будете смеяться, а мне совсем не весело, когда из-за них дергают то в Главрепертком, то в Главполитуправление. — «крот» сказал это с такой обидой, что я уверился — выбор будет правильным.

— Враг коричневой Капитолины — наш друг, — прошептал я едва слышно.

— Истину говоришь, — так же тихо согласился со мной Иосиф Самуилович.

Дверь открылась и, увидев вошедшего, я едва не рассмеялся: воистину, случайности не случайны! В кабинет вошел недавний парень, с которым я столкнулся у Главполитуправления. Второй вошел через пару минут, и был полной противоположностью первому куплетисту. Определить, сколько ему лет по внешнему виду невозможно: худой, с серьезной лысиной, жилистый. Плечи покатые, руки длинные. Лицо с высокими скулами, костлявое, обтянутое желтоватой кожей. Усы густые. Свисают подковой вокруг рта. Казалось, от него исходит аура абсолютного уныния.

Эти двое, даже просто стоя рядом, уже вызывали улыбку. Интересно, кто из них Зайцев, а кто Капуста?

— Знакомьтесь, это Лев Зайцев, — директор сделал жест в сторону толстяка. — И его напарник Вацлав Капуста, — он показал рукой на тощего.

— Только не надо сразу говорить, что мы Пат и Паташон, — тут же резко перешел в «нападение» толстяк. — Мы артисты-куплетисты!

— И бойцы-пропагандисты, — тут же вставил тощий, как мне показалось, скорее, по привычке, на автомате.

— Вот, рифмует все, что ни скажешь при нем. Я как-то года два назад речь говорил на встрече с молодыми талантами, эти рядом стояли. Рассказывал о том, что будет в далеком будущем, какой будет наша страна и надо было мне сказать: «Расселят коммуналки»… так этот тут же продолжил: «В двухтысячном году». А кого потом на ковер начальство вызвало? Кому выговор влепило за дискредитацию наших строительных организаций? Вашему покорному слуге.

— Это все интересно, но у меня вопрос к товарищу Зайцеву, — я встал, посмотрел ему прямо в лицо. — Что вы сегодня в Главполитуправлении делали?

— Вот то же самое, что он, — тряхнул он двойным подбородком в сторону директора. — Писал объяснительную в связи с дискредитацией нашей химической промышленности.

— Ого! Имею редкую возможность удивиться! — воскликнул дядя Ёся.

— Это как? Даже предположить не могу, — я действительно не мог придумать ничего, что связывало бы юмористические куплеты и химическую промышленность.

Тощий поднял руку, в которой он, оказывается, держал маленькую, кругленькую гармошку, заиграл и пропел начало куплета: