— Но…
— Он обязательно себе шею сломает, как с ним не поступай. Так что к этому нужно относиться спокойнее. Валерий человек хороший и талантливый. Так что, думаю, сильно уж его наказывать не нужно. Просто передайте, что Михаил Васильевич приказал поставить его в угол как шалуна и проказника. На часик.
— Поставить в угол? — ошалело переспросил начальник аэродрома, хлопая глазами.
А остальные присутствующие заржали.
Фрунзе же, не дожидаясь приземления шалуна, сел в машину и отбыл. Он все равно проезжал мимо и решил взглянуть на то, как проходят испытания. Лишние полчаса погоды не сделают, а тонуса подчиненным добавят.
Новый самолет Поликарпова строился по техническому заданию под сильнейшим влиянием знаменитого Lockheed P-38 Lightning. За тем исключением, что он был деревянным.
Алюминия и сплавов на его основе пока в Союзе выпускали очень мало. Да, делалось все для решения этого вопроса. Однако чудес не случалось, и Михаил Васильевич не видел смысла делать ставку на цельнометаллический боевой самолет раньше 1935–1938 года. Просто не получится обеспечить его сырьем в случае массового производства.
Так что этот пепелац имел силовой набор, собранный из дельта-древесины, обшивку ровных поверхностей из бальзы, а изогнутых — из стеклопластика. Благо, что эпоксидку уже «открыли» и даже начали мал-мало производить. Да и со стеклотканью дела наладились. Дельта-древесина же была по своей сути разновидностью бакелитового композита, получаемого склейкой под давлением множества слоев древесного шпона фенол-формальдегидными смолами. Последние и отечественная промышленность выпускала с нарастающим объемом, и у немцев получалось закупать.
Бальза же… кое-какие посадки ее уже имелись в районе Сочи. А так Союз закупал очень и очень прилично этого сырья в Латинской Америке, благо, что никакого сильного рыночного спроса на нее не имелось. И никто не стремился эти закупки перебить. И не только закупал, но и запасал на специально развернутых стратегических складах. Чтобы, если что, не оказаться с, так сказать, голым задом…
Так что получалось с этим самолетом довольно интересно.
Да, не «лайтинг», но и на дворе всего лишь 1928 год.
Тем более что этот самолет, на котором шалил Чкалов, увидя наркома, был единственным образцом. Нулевой моделью, на которой отрабатывали и изучали планер, а также, что намного важнее, — механизацию крыла. А ее тут было дай боже. Да еще с электромеханическими приводами.
Так что Чкалов рисковал невероятно.
В любой момент могли отказать опытные агрегаты…
Туполев после завершения работ над «Пчелкой» занялся опять не стратегическими машинами. Согласился с доводами Фрунзе и взялся за двухмоторный бомбардировщик вполне традиционной схемы. Этакий «Москито» по-советски, который ему требовалось слепить с использованием все той же дельта-древесины, бальзы, стеклопластика и пары перевернутых картером вверх двигателей BMWVI. Ну и само собой, с обширной механизацией крыла. На его проекте обкатывались те же самые электромеханические приборы, что у Поликарпова. Да и в целом — максимум общих решений и богатый обмен опытом. Они каждые две недели собирались на рабочее совещание и мозговой штурм…