— Что значит общее дело?
— Партии “небесников” потребна женская фракция. Вон гляньте на вторую Думу. Одни мужики! А Рассея — она женщина!
На эту сентенцию и Лохтина и Елена согласно кивнули, вновь посмотрели друг на друга. Уже без гнева, оценивающе так.
— Скажу Перцову устроить встречу с репортерами.
Женский вопрос — это бомба. После того, как она взорвется и Лохтиной и эсерке будет не до бабских разборок. Успевай отбиваться и агитировать.
— Нас заклеймят сумасшедшими суфражистками — покачала головой Елена
— Пущай клеймят — махнул рукой я — Как сказал один восточный мудрец. Сначала они тебя не замечают, потом смеются над тобой, затем борются с тобой. А потом ты побеждаешь. В вашу победу я верю. Вона скока в вас сил!
Эх…Зря я это озвучил.
— Аборты — тихо произнесла Лохтина
— Да, надо включить в программу — согласилась Елена.
Вот так и живем. Ты им палец даешь — они руку откусывают.
— Да вы с ума сошли?! Детоубийство?? — я пригляделся к женщинам. Не беременны ли? Под ложечкой неприятно засосало — Обчество такое не поймет! Давайте начнем с простого.
Честно сказать, я сильно сомневался, что общество поймет и право голоса для женщин. А уж тем более право быть избранной. Но тут всегда можно было сдать позиции — “вы нам вот это, а мы отказываемся от этого”.
Вон, даже в продвинутой Англии женщины смогли избраться в парламент только в 19-м году. Знаменитая леди Астор. Та, что сказала Черчиллю, что если бы он был ее мужем, то она бы сыпанула яд ему в кофе. На что тот ответил, что если бы она была его женой — он это кофе выпил. Мощная баба.
— Никаких вытравливаний плода! — припечатал я — Грех это! Токмо то, что в бумаге писано. Идите учите!
* * *
После разговора с любовницами, чувствовал будто вагон со шпалами разгрузил. Но увы, подвезли новый. Курьер принес газеты. В том числе европейские.
Я открыл Таймс и понял — меня заметили. “Игроки” открыли сезон охоты. Может не Рокфеллеры с Ротшильдами, помельче киты, но кто-то явно заинтересовался и даже потратился.
На второй странице была статья, посвященная “новому фавориту Романовых”. В ней вспомнили все. И припадочного Митьку, которого ко двору привез Елпидифор Кананыкин — псаломщик церкви села Гоева. Тот обещал Аликс и Ники наследника, но рождались все время дочки. Припадочного убрали. И Филиппа Низье с его пророчествами. Ни одно из которых тоже не сбылось. Репортер шел от одного “блаженного” к другому, описывая историю мошенников при царской семье. Венчала статью моя фигура — дутый старец, конокрад из под Тобольска (пришлось объяснять английским читателям где это), начал карьеру с обработки экзальтированных барышень, которых “водил в баню”. Тут очень кстати, пришлась история миллионерши Башмаковой, которую “лечил” Гришка и которая собственно, первая открыла Распутина миру.