Купол катился неторопливо, собирая под себя крошку и наращивая толщину. Я выпустил из корней три толстые подпорки, подставил их под кромку. Купол опёрся и не смог сомкнуться. Я скользнул под край, нашёл в центре низовой узел — коротким уколом перевёл его в топливо. Полусфера осела и расползлась, как мокрая тряпка.

В небе птицы вновь пошли в атаку. Я разогнал Покров Дракона, приподнялся на пару метров и одним рубящим движением прошёл по дуге — часть стаи разлетелась. Выжившие поднялись выше — умные. Я не преследовал: внизу уже маячили новые силуэты.

На этот раз вышли «двуногие» — ледяные воины с широкими грудными плитами и лезвиями вместо предплечий. На спинах — по три щита, каждый с замковым плетением. Они выстроились в три ряда. В центре — вожак: двойная корона, за плечами тянулся след инея. Он поднял руку и провёл лезвием по воздуху. Передо мной на двадцать метров вперёд прорезалась идеальная гладкая «пустая» полоса.

Если отступлю — потеряю позицию. Поэтому я выставил клинок плашмя и надавил на разрез. Синий жар заставил пустоту гореть. Полоса распалась на два оборванных отрезка и погасла. В тот же миг попёрли щитоносцы, толкая перед собой слой льда. Я отбросил их траектории корнями, сорвал опоры и ломал замки по одному. С таким «панцирем» долго не живут.

Вожак снова взмахнул — крестом. Я шагнул в центр, упёр клинок в точку пересечения и сломал крест, как до этого прямую черту. Синяя вспышка зажгла на его спине третий щит; я срубил два оставшихся и сдвинул грудные пластины. Самое время зайти по голеням — там рёбра тоньше, — но под ногами пошла рябь.

Подо льдом гуляла акула — матовый бугор шёл на меня из-под поверхности. Я вогнал корень вертикально перед её носом; клин выдержал удар, и тварь повисла в полшага левее. Сверху — короткий укол в «мозговик» через шесть сантиметров льда. Бугор замер. Готово.

Справа выросло ледяное «дерево» — чужая попытка скопировать мою технику. Корни у него были кривые, но опасные. Я усилил один из своих корней каплей синего жара. При соприкосновении чужие ветви осыпались. Ствол треснул, и копировать стало нечего.

Дальше пошла плотная рубка. Я не расплывался, работал чётко: шаг — укол в замок; шаг — срез по плечу; шаг — добивание по грудной пластине. Покров держал боковые удары, крыльями я резал поток, когда сверху пробовали повесить замедляющее поле. Пламя Жар-Птицы не горело красиво — оно просто выключало их ледяные суставы, а потом добиралось до камней-звёзд. Стоило лишить их питания — и вся конструкция оседала.

Пришлось признать: враги не закончатся. Массовая поставка шла издалека. По краю поля волновались вихри инея — там открыты «горловины», через которые их сюда и набрасывает. Понимая это, я перестал «держать линию» и пошёл рубить поставки.