— Мы не на пикник, — осадил я его. — Там аномалия неизвестного происхождения. Может быть опасно.

— Тем более! — он просиял. — Опасность — это моя стихия! Я прирождённый специалист по опасностям! И вообще, у меня с собой экспериментальные составы! Если что, я всё взорву!

Горыныч торопливо материализовал рюкзак и извлёк оттуда нечто, похожее на толстую колбасу, обёрнутую в промасленную бумагу.

— Это «Веселушка-3000»! — с гордостью объявил он. — Термитная смесь по моему рецепту. Температура горения три тысячи градусов! Прожигает сталь, как масло. И самое главное, горит под водой! Можно использовать против водяных тварей!

Не дожидаясь моей реакции, он убрал «колбасу» и вытащил несколько шариков размером с теннисный мяч, выкрашенных в ярко-оранжевый цвет.

— А это «Огненный Привет»! — продолжил он презентацию. — Магические гранаты. Собственная разработка! Два режима. Легонько стукнешь, получишь световую вспышку, а если посильнее, то высвобождается весь заряд! Незаменимая вещь в хозяйстве! Возьми меня, а? Я буду тихо сидеть и ничего не трогать! Честное пиротехническое!

Я посмотрел на его горящие энтузиазмом глаза, на арсенал в рюкзаке, и вздохнул. С одной стороны, этот ходячий генератор хаоса последний, кого хочется брать на разведку неизвестной аномалии. С другой… его «игрушки» могут оказаться чертовски полезными.

— Ладно, — согласился я. — Садись в «Патриот». Но если ты что-то взорвёшь без моей команды, я лично привяжу тебя к Прометею и заставлю его читать тебе лекции по технике безопасности. Двадцать четыре часа в сутки. Неделю. Без перерыва.

Горыныч побледнел.

— Понял. Не взрывать без команды. Принято.

Он быстро запрыгнул в машину к Борису, а я наконец сел за руль «Крузера». Двигатель взревел, ворота медленно поползли в сторону, и наша небольшая колонна выкатилась на пустынные улицы Красногорска.

Мы ехали по Волоколамскому шоссе. Разбитые витрины магазинов, брошенные автомобили. Кое-где следы пожаров. Привычный пейзаж нового мира. Я вёл машину аккуратно, объезжая особенно крупные ямы. Искра сидела рядом, поглядывая то на карту в телефоне, то в окно.

— Лёш, ты что-нибудь понимаешь? — спросила она негромко. — Есть какие-то мысли про эти светящиеся штуки?

Я помолчал, объезжая опрокинутую «Газель».

— Догадка есть. Помнишь, на Поклонной горе?

— Взрыв, которого не было? — она сразу подобралась.

— Он самый. Нефтезавод тогда рванул так, что дай боже. А потом время отмоталось и взрыв «не случился». Леонид, когда к нам прилетал, рассказывал, что после этого «отката» на территории Московского НПЗ заметил некие сгустки света. Его начальник, Соболев, объявил карантинную зону.