Старший лейтенант Леонид Филатов плотнее закутался в свой штатный зимний пуховик, подняв воротник почти до носа. Ткань камуфляжки с рисунком «Цифра» тихо зашуршала от его движений. Он зябко передёрнул плечами и сунул руки в глубокие карманы, пытаясь сохранить остатки тепла.

— Ну и дубак… — пробурчал он в воротник, выпуская облачко пара. — Градусов минус пять, не меньше. А с влажностью на все минус десять ощущается.

Идущий рядом капитан Дымов, коренастый сапёр с обветренным красным лицом, усмехнулся, поправляя ремень своего АК-12.

— Ты посмотри на него, а! — весело гаркнул Дымов, толкая локтем идущего следом бойца. — Наш «Ястреб» замёрз! Лёня, ты же у нас летун! Воздушная кавалерия, новая элита! Ты там в облаках рассекаешь, где температуры такие, что сопли в носу звенят. А тут на земле ему, видите ли, холодно!

Кто-то из отряда хохотнул. Леонид скривился, но под воротником этого никто не увидел.

— Вот потому и холодно, Дым, — огрызнулся он, но без злобы, поддерживая образ своего парня. — Я с этим холодом слишком хорошо знаком. Там, наверху, ветер такой, что до костей пробирает, даже через пуховик. А я, может, тепло люблю. Юг, море, песочек… А не вот это вот всё, ёлки да волки.

— Отставить разговоры, — раздался спокойный, но властный голос, от которого у всех мгновенно выпрямились спины.

Впереди группы шёл полковник Соболев.

Командир базы «Рысь» выглядел так, словно сам был отлит из бетона этого бункера. Рост под метр девяносто, широкие плечи, с военной выправкой, которую не скроет никакой зимний бушлат. Шапку он носил по уставу, надвинув почти до бровей, а морщины на его суровом лице появились не столько из-за возраста, сколько от ответственности. Его глаза, холодного серого цвета, сканировали лес с профессиональной цепкостью.

Соболев — Уровень 23

Над его головой не светилось звание, потому что вбивать его в ник стало бы тактической глупостью. Но сама аура полковника давила так, что хотелось вытянуться в струнку. Командир двигался экономно, без суеты. Левая рука лежала на цевье модифицированного автомата, правая была свободна, но бойцы знали, что именно она страшнее любого калибра.

Рядом с полковником шёл старший лейтенант Воронов — инженер и главный оператор дронов. Его пальцы дирижировали голографическим интерфейсом «Техно-Око», развёрнутым прямо в воздухе перед ним.

— Товарищ полковник, — доложил Воронов, не отрываясь от окна. — Вижу цель. Дрон «Шершень-4» подтверждает контакт. Квадрат Б-7, двести метров на северо-восток от внешнего периметра.

— Характеристики? — коротко бросил Соболев, не сбавляя шага.