«Получи, тварь, за всё хорошее», — злорадно подумал я.

Дебафф почти отпустил, голова прояснилась. Я спустился со ступеней крыльца, материализуя в руке своё копьё. Мышцы напряглись. Я видел, как птица-нежить беспомощно трепыхается в воздухе, как её багровые глаза растерянно моргают.

Перехватил копьё поудобнее. Индикатор крио-модуля мигнул голубым. Начала формироваться сфера холода.

— Ну всё, пернатая, — прорычал я. — Сейчас отлетаешься.

Неясыть, сквозь боль заметив моё приближение, развернулась. Она уже собралась двинуть крыльями, швыряя в меня острые перья. Я сделал шаг, вложив в него всю инерцию тела, все свои очки силы, всю злость на этот безумный вечер. Бросок.

Рука распрямилась, посылая оружие в полёт.

Копьё превратилось в серебристую молнию. Оно со свистом рассекло воздух, оставляя за собой шлейф изморози. Голубой шар холода взорвался от столкновения с монстром за мгновение до того, как острие пробило мёртвую плоть. Копьё вошло твари точно в грудь.

И началось преображение.

Словно кто-то открыл дверь в самое сердце арктической бури. Криогенная энергия хлынула внутрь чудовища. Чёрное оперение мгновенно покрылось инеем. Из раны во все стороны поползли ледяные узоры, кристаллизуя тьму. Крылья застыли в последнем, отчаянном взмахе. Голова откинулась назад в беззвучном крике. Багровый свет в глазах погас, сменившись молочно-белой плёнкой льда.

За одну секунду Теневая Неясыть превратилась в изящную, но жуткую ледяную статую.

А затем птица начала падать.

Звон удара получился таким, как если бы с небоскрёба сбросили хрустальную люстру. Огромная ледяная глыба ударилась о брусчатку двора и разлетелась на тысячи сверкающих осколков.

— Есть! — воскликнул Женя.

— Готова, тварь, — удовлетворённо пробасил Медведь, пошатываясь и икая.

Фокусник облегчённо прислонился к стене. Все смотрели на место, где только что была смертельная угроза. Победа. Чистая, безоговорочная победа.

Варягин тут же бросился к берсеркам.

— Борис! Миша! Живы?

— Ж-живы… — икнул Медведь, ощупывая пробитый бок. Кровь текла обильно, но берсерк держался. — Ик! О-от… зараза… напугала до икоты.

— Лёха! — Борис, шатаясь, показал мне большой палец. — Вот это бросок! Олимпийский! Прямо в яблочко! Красава!

Вся группа начала расслабляться. Фокусник вытирал пот со лба, Женя на всякий случай менял магазин.

Но я стоял, не шевелясь, и смотрел на кучу льда. Внутри всё сжалось от нехорошего предчувствия. Где сообщение?

Где, мать его, системное уведомление? «Получено опыта: 300»? «Вы убили Теневую Неясыть, получите Особый подарок»?

— Стойте! — закричал я, оборачиваясь к остальным. — Не расслабляться! Она не сдохла!