Он искоса, стараясь не поворачивать головы, бросил взгляд на художества. На полу были начерчены сложные магические круги. Три штуки. Символы внутри них светились больным, зеленоватым светом. В центре двух кругов лежали окровавленные бинты. А вот в третьем… на чёрном бархатном лоскуте… там находился маленький белый треугольник с кружевами и кокетливым бантиком.

Женские трусики. В центре некромантского ритуала.

Леонид на мгновение испытал такой кринж, что забыл, где находится. Ему почти захотелось провалиться сквозь землю.

— Явился, — раздался из теней сухой, шелестящий голос Зултакара.

Тьма в центре зала сгустилась, закрутилась в плотный кокон, и из неё, словно вылупившись, шагнула высокая, сутулая фигура лича. Его истлевшие одежды колыхались, хотя в зале не было ни малейшего сквозняка. Костлявая рука сжимала посох с золотым черепом, в глазницах которого уже разгорался знакомый багровый огонь.

— Ты звал, хозяин, — стараясь, чтобы голос не дрожал, произнёс Леонид. — Зачем так срочно? Я думал, у нас есть пара дней, пока твоё колдунство сработает.

Зултакар неспешно приблизился, стук его посоха о каменный пол отдавался гулким эхом. Он остановился у края магического круга и презрительно ткнул навершием посоха в сторону бинтов.

— Моё «колдунство» не сработало, наёмник, — прошипел лич с раздражением. — Твой «якорь» из крови берсерков оказался слаб. Их ярость была подавлена.

Леонид удивлённо вскинул брови.

— Подавлена? Кем? Их там двое, когда они в раж входят, их и танком не остановишь! Иванов со своей гоп-компанией не смогли бы их утихомирить, только убить!

— Не они, — отрезал Зултакар. Он взмахнул свободной рукой, и воздух над магическим кругом подёрнулся рябью, показывая мутное, искажённое изображение. Деревенский дом. Старик в фуфайке, чертящий в воздухе светящийся символ. — Вмешалась сторонняя сила. Примитивная, но на удивление действенная. Какой-то деревенский отшельник, владеющий основами начертания. Он запечатал их безумие.

Леонид вгляделся в изображение и присвистнул.

— Вот же старый хрыч. А с виду божий одуванчик с двустволкой. Значит, берсерки вернулись в строй?

— Именно, — кивнул лич. — А это значит, что мой план по разрушению их группы изнутри провалился. Придётся принять более серьёзные меры.

Зултакар снова взмахнул рукой. Изображение старика растаяло. Вместо него прямо из воздуха, из сгустившейся тьмы, материализовался новый предмет. Он завис на уровне груди некроманта, медленно вращаясь.

Это был человеческий череп. Идеально чистый, отполированный до блеска слоновой кости. Вся его поверхность была покрыта тончайшей гравировкой: спиралями, рунами и прочими символами, которые слабо пульсировали внутренним светом. Глазницы были пусты, но глубоко внутри них тлели два огонька.