— Понял, Тренер!

Хлопнула дверца фургона, когда в нее сел бывший фельдшер. Мотор взревел, и неказистая машина, буксуя в грязи, потянулась следом за блестящим седаном барона.

* * *

Тем же вечером я назначал встречу Григорию, но из-за эпизода с княжичем Островским пришлось изменить планы. Пока я улаживал все нюансы, организовывал его ночевку в лучшем «отельном номере» Листницкого и тому подобное, вечер перетек в ночь, и встречу пришлось перенести на утро субботы.

«От» и «до» приключения юного княжича я, конечно, не наблюдал, но успел застать начало действия зелья. Я взял формулу Давида Воронова и немного ее изменил, сделав что-то вроде зелья приворота, которое еще и память отшибает. Результат несколько превзошел мои ожидания. Но этот ублюдок заслужил. А помнить он будет — видео ему показывают как раз примерно сейчас, пока я спускаюсь по лестнице к выходу из подъезда, где меня ждет машина с Григорием.

Утро выдалось морозным и пасмурным. Снег уже не таял и покрывал дорогу тонким укатанным слоем. Поприветствовав Григория, сел в машину, кинув на заднее сиденье забитый до отказа несессер.

Часть ночи провел за приготовлением еще одной небольшой партии зелий. И меня немного смутило, что Роман так и не появился дома. За эти дни он должен был не рапорт написать, а целые мемуары в несколько томов. Странно это как-то… И на звонки не отвечал. Оставил ему несколько сообщений на автоответчике перед выходом. С надеждой, что перезвонит, как появится возможность. Надеюсь, он не угодил без меня в какой-нибудь переплет с той же Канцелярией. Как там звали того герцога? Волков, кажется? Говорящая фамилия.

— Ты какой-то молчаливый, фраер, — заговорил вдруг Григорий, пока мы ехали по городу.

Для раннего утра субботы улицы выглядели слишком оживленными: по тротуарам быстро, едва ли не крадучись, передвигались группы людей с лицами, обмотанными шарфами, сновали машины, несколько раз пронеслись, сияя мигалками и сотрясая воздух сиренами машины скорой, пожарной, полиции. Царила странная суматоха.

— Кстати! — по-своему расценил мое молчание водитель. — Я тут подумал: фраер уже как-то несолидно. Столько пашем вместе, уже несколько раз ты меня из такой зал… кхм, задницы вытаскивал, с баронами вон ручкаешься… Короче, эт самое, я подумал и решил, что не буду звать тебя «фраер». Ты теперь бугор, Исаев, самый настоящий.

Я посмотрел на него, как смотрел на своего первенца, азартно жрущего землю в моем алхимическом саду. Действие явно странное, но при этом полезное — почву я удобрял лучшими средствами и только органического происхождения. Так что она была полезна чуть ли не как молоко матери… только сдобренное черноземом.