Он не сводил с меня испытующего взгляда. С этим брюнетом мы словно оказались на рыцарском турнире и неслись навстречу друг другу с копьями наперевес. Кто моргнет или отведет глаза первым, тот вылетит из седла, как пробка от игристого вина.

Я отводить взгляд не собирался. Сказал ему, сжав в кулаке в кармане артефакт:

— Ты не выстрелишь. Как и твой друг.

— Опять начинается… — страдальчески вздохнул за правым плечом Роман.

Да, не в первый раз он становился свидетелем, как я вступаю в подобный поединок. А что он хотел? Чтобы я поднял руки, как и было сказано? Во-первых, перед какими-то простолюдинами с пороховыми пукалками я стелиться не собирался. Во-вторых, едва я подниму руки, мы проиграем и окажемся полностью во власти Давида Воронова. А эта участь, судя по виду измученного Славика, куда хуже смерти от куска свинца.

— Это еще почему? — рявкнул коренастый.

Я спокойно держал его взгляд, а вот он все больше волновался. Его палец нервно дрожал на спусковом крючке, а пот начал заливать глаза. Рыжий рядом тоже не был образцом самоконтроля. На их лицах отчетливо проступали непонимание и страх от того, что я не склоняюсь перед их властью. Мнимой.

— Потому… — медленно начал я, вытаскивая руку с артефактом из кармана, — что для выстрела тебе нужны целые сухожилия.

— Что? — хором спросили все трое, включая Романа.

А я силой воли направил действие гравитационного артефакта на их оружие, мгновенно многократно увеличивая их вес с килограмма до тонны. Несколько Нитей выстрелили из артефакта и на миг оплели оружие, после чего сила тяжести резко согнула кисти вражеских рук. В полной тишине пистолеты гулко бухнулись на пол. Одновременно с этим раздался тошнотворный треск порванных сухожилий.

— А-а-а!!! — завопили от боли рыжий с коренастым и осели на пол, держась за безвольно болтающиеся ладони. По их лицам полились слезы.

Роман сразу сообразил и закрыл за нами дверь.

— Такая комната точно хорошо звукоизолирована, — сказал он. — Можно хоть колени им прострелить, и никто не услышит.

— Ты хочешь прострелить им колени? — удивился я его словам, отпинывая подальше пистолеты, вновь принявшие нормальный вес.

— Что? Нет конечно! — сразу замотал головой Роман, затем оглядел стены, увешанные пыточными инструментами. — Хотя после того, что я увидел в особняке… Это меньшее, что они заслужили.

Да, я был с ним согласен, но это я… От Романа такой кровожадности не ждал.

— Ты меня пугаешь, Ром. Я на тебя плохо влияю, — произнес, подходя к безвольно склонившему голову Славику. — Займись пока этими двумя, а я позабочусь о Вячеславе, хорошо?