— Как-то так… — я победно усмехнулся. Пусть считает меня глупым наивным не умеющим строить беседу юнцом, мне это выгодно.
Пауза. Осмысление. Люблю нервировать людей, огорошивая и заставляя думать в авральном режиме. У сеньора действительно свои планы, его жизнь расписана на месяцы вперёд… А я его беру и подставляю, как с тем концертом после казни, где были «Смутные дни». Тогда он сильно поимел на моей неожиданной славе (я как бы его человек, об этом было растрезвонено заранее по всем утюгам), так что и тут клюнет.
— Хорошо. В восемь. Расскажешь подробности. Рекламу среди диаспоры запускаю прямо сейчас, можешь не волноваться, и даже если «соскочу», считай её моим подарком.
— Даже не зная, что в пакете с этим выступлением?
Небольшое молчание и усмешка:
— У меня предчувствие, Хуан, что один этот концерт сам по себе окупит все мои затраты и треволнения. Ладно, до вечера.
Я нажал отбой. Осмотрел лица смотрящих на меня людей. Кто-то смотрел с удивлением, кто-то с напряжением, кто-то с восторгом, но я смог удивить и их.
— Лёха, боевики будут, — утвердил я. — Профи с Обратной Стороны. Твоя задача — придумать план, как завалить малыми силами как можно больше народу, и всё это без жертв. И да, раз вызвался — занимаешься с ними, отрабатываешь тактику, тренируешь и всё прочее… Короче, работаешь с ними ты.
— Будет! — козырнул Капуста. — Сделаю.
— И, парни, — из моей груди вырвался вздох, а руки предательски задрожали. — Парни, не хотел говорить это, но моя задница чует, что иначе не обойдётся. Того, что мы придумали — мало.
Снова вытянутые лица.
— Понимаете, мы — банда. И действуем, как банда. А банда умеет только одно, разрушать. Мы же должны не просто крушить врагов, это деструктивный подход, но и давать людям надежду. Строить.
— Конструктивный подход, — произнёс Макс.
— Он самый. Мы ничего не даём людям, кроме ненависти. А задача наша по большому счёту иная. Мы должны СПОДВИГНУТЬ Обратную Сторону на борьбу. Указать Путь, Дверь, в которую они смогут ломиться, чтобы добиться равноправия. Они САМИ, мать его, должны бороться! — повело меня. — А не мы за них. А мы всего лишь показываем, что если взять пушки побольше и отстреливать мудаков среди амигос — будет всем в жизни счастье.
Это теория Самой Крутой Банды. Я ругал своего куратора от корпуса за неё, за её деструктивность, но сам создал нечто подобное. Мы должны сделать что-то, выходящее за рамки наших же шаблонов. Мы должны дать… Идею!
— Вот только толстистом и гандистом быть не надо, Хуан! — фыркнула Паула. — Ты ещё скажи, что люди должны выйти на площади, сесть и сидеть, пока не отменят неравенство. Латинос никогда не пойдут на попятную, если их не заставить! Я сама латинос, и не простая, а из правящей семьи (пусть и Империи, там те же фаберже, только вид сбоку). ЗАСТАВИТЬ, Хуан. А у простого народа, кто без гауссовок, на это нет ни шанса.