— Лей… Не обижайся! — Она дёрнула плечом, но руки я не убирал. Наоборот, принялся нежно её плечи массировать. — Я не хотел тебя обидеть, Лей. Я…
— Заткнись! — попросила она.
Наконец успокоилась и убрала руки от заплаканного лица.
— Хуан, я устала!.. — Произнесла эта женщина и блаженно прикрыла глаза — я перешёл к массажу затылка и головы. — Да, вот так поделай, хорошо!.. Весь день сидела, разбирала накопившееся… Хуан, не представляешь, как я устала!
— Это крест всех королев, — понимающе улыбнулся я. — Всех правителей. В отпуск не сходишь. До конца жизни.
— Да, так и есть. — Она затряслась от мурашек, которые прошли по её телу от моих прикосновений. — Я думала ещё лет десять покуролесить, пожить для себя. Знаешь, как классно куролесить в статусе наследной принцессы! Перед которой открываются все двери! Во-от! Но мама умерла, и мне пришлось садиться на её место. А я не была готова. Да что там, так совпало, что как раз к коронации у меня разразилась послеродовая депрессия… Где ты так научился?
— Девчонки научили, — признался я. — В корпусе.
— Корпус… Лучшие годы моей жизни! — Из её груди вырвался ностальгический вздох. — Хуан, я одна. У меня никого нет, никакой поддержки.
— У тебя Серхио.
Покачивание головой.
— Он — византийский бухгалтер. Теневой воротила, который творит гадости у всех за спиной. Да, он лихо стравливает наших врагов, не даёт им расслабиться, часто добивается своего и даже совершает невозможное… Потом. По факту. А такого мужчины, который бы пришёл, отодвинул бы меня и сказал: «Не лезь, Лея, это не твоё бабье дело! Я сам справлюсь!» Такого мужчины у меня не было и нет. А знаешь, как хочется!.. Всегда хотелось!
— А Сирена и девочки? — продолжал пытать я. — За их спинами ты как за горой.
Снова качание головой.
— Не то. Они — девочки. И то, что я сплю с ними, ничего не меняет. Девочки ДРУГИЕ, Хуан. И думают по-другому. И чувства вызывают совсем другие.
Вздох.
— И тут ты…
Я опустился рядом на колено и снова обнял её. Просто обнял.
— Не проецируй его, этот образ твоего Идеала, на меня. Я — твой зять, Лей. Муж дочери. Возможно даже двойной, двух дочерей, если повезёт. Не надо нам с тобой ничего мутить.
Она повернулась, снова утонула в моих объятиях и… Впилась в мои губы. Подалась вперёд и впилась.
Это был не нежный романтичный поцелуйчик, какими может похвастаться Изабелла. И не был похож на томные, тягучие, как кисель или мёд, поцелуи Фрейи. Это был эмоциональный поцелуй холодного профессионала, знающего, чего хочет и не привыкшего, чтобы было не по её. Я не сопротивлялся — чувствовал, не сейчас. Как бы дико это не звучало, но ей это надо. Хотя бы со мной — я не худший кандидат. Она, действительно, просто женщина, которой не на кого опереться. Моя брутальность и поддержка это иллюзия, но без такой иллюзии жить ей будет гораздо сложнее, чем нырнув в оную.