— Скорость и не увеличится, господин, повысится выносливость…

Гребцы и правда продолжали размеренно махать веслами даже спустя час. В целом остановки стали чуть реже и сами они менее продолжительными.

К кормщику как-то подошел старик Пирот и что-то ему сказал.

— Что он сказал? — спросил Рус.

— У него заболела голова, господин. Завтра ожидается резкое изменение погоды.

— Не сегодня?

— Нет. Как-то у него по-особому заболела голова, господин… я сам этот момент не очень хорошо понимаю, то у него в затолок давит, то на глаза, то словно тисками виски сдавливает, то тут пульсирует, то здесь тянет и на каждую боль своя погода… но его предсказаниям верить можно. Ошибается редко.

На это Рус только хмыкнул.

— Что ж, ветер нам завтра не помешает, главное, чтобы попутным был.

Но тут кормщику сказать было нечего, кроме как обычной сентенции:

— Все в руках господа…

— Уверена, что ветер завтра будет для нас попутный, — вдруг сказала Ильмера.

— С чего ты взяла? — удивился Рус.

— А как иначе? Ты любимец богов и Стрибог тебе обязательно поможет.

На это Рус промолчал, чтобы не сказать, что-то резкое и обидное. Эта всепоглощающая вера в богов, и особенно надежда на их помощь в трудную минуту, его несколько подбешивала. Почему? Потому как в какой-то момент вместо того, чтобы что-то делать самим, с просветленным ликом сложат лапки на брюшке и скажут, что все в воле всевышнего, как он захочет, так и будет, и не нам убогим трепыхаться, ибо бесполезно идти против воли его. Если захочет, то защитит и отведет угрозу, ну а нет, так за грехи нам наказание им ниспослано.

И правда за грехи, за грех лености и тупости. Ведь даже знания станут отвергать, стариной прикрываться от нежелания учиться, дескать предки так жили и нам завещали и не нать нам никаких новых способов хозяйствования. В итоге дошли до того, что медиков и инженеров стали заказывать из Европы, когда совсем уже без них никуда стало, приперало настолько, что дальше только смерть, но своих специалистов все равно при этом почему-то готовить не желали. Ну разве не дибелизм?

Прямо парадокс какой-то. Потому и пришлось Петру Первому Русь через колено ломать, что иначе никак, обратно в трясину замшелые бояре, многие из которых даже писать и читать толком не умели, государство тянуть станут.

Рус с силой встряхнул головой, прогоняя мрачные мысли, дав себе зарок, чтобы создать такую систему, что будет подобных ретроградов отсеивать из системы управления. Правда он пока слабо представлял как этого добиться.

«Тут нацеленная на это идеология нужна», — пришел он к выводу, как и к тому, что без правильных жрецов не обойтись.