— Ты там поаккуратнее, сынок. Чую, дело дрянь.

Старый «Патриот» завёлся только с третьего раза, как это обычно бывает в самый неподходящий момент. Я вырулил на лесовозную дорогу и вдавил газ в пол. Машина заскакала по ухабам, фары выхватывали из темноты стволы сосен и ям размером с кратеры.

За рулем мысли потекли спокойнее, привычным руслом. Опять я один иду на задержание нарушителей. Опять приходится рисковать шкурой за то, до чего большинству людей как до лампочки. Но кто-то же должен это делать.

В армии, в спецназе ГРУ, у нас ходила поговорка «Если не мы, то кто?». Тогда я защищал границы Родины, теперь её природу. По сути та же война, только враги другие, не террористы с автоматами, а жадные ублюдки с купленными справками.

После дембеля я мог остаться в Москве, пойти в ЧОП или охрану какого-нибудь олигарха. Деньги хорошие, жизнь сытая, но задохнулся бы в этом каменном мешке за месяц. Тянуло домой, в тайгу, где родился и вырос. Здесь хотя бы знаешь, за что воюешь.

Тигры — это символ здешней земли. Когда исчезнет последний амурский тигр, нечто важное умрёт навсегда, и мои дети, если они у меня когда-нибудь будут, увидят их только в зоопарке или на картинках. Такого допустить нельзя.

Ну, а что касается нашего руководства плюющего на вопросы безопасности, то это тоже было решаемое дело. Благо, заповедник был частным. А за время участия во множестве горячих точек и спецопераций еще во времена службы, удалось накопить достаточную сумму для его выкупа. И поэтому я параллельно вел переговоры на его выкуп с незаинтересованными в нем владельцами. Еще несколько месяцев, я его стану его хозяином.

Дорога пошла под уклон. Впереди замаячила развилка, сообщающая, что нужно сворачивать на тропу.

Я заглушил мотор, взял карабин и фонарик. Дальше только пешком, иначе спугну браконьеров раньше времени.

Лес встретил звенящей тишиной. Только хруст веток под ногами и моё дыхание, превращающееся в пар.

Я двигался быстро, но осторожно, стараясь не шуметь. Навыки не забываются, так что тело автоматически выбирало укрытия, а уши прислушивались к каждому звуку.

Через полчаса уловил голоса, приглушённые, но отчётливые. Мужики о чём-то спорили. Я пригнулся и осторожно двинулся на звук.

И вдруг спокойствие тайги разорвал выстрел!

Ещё один!

А за ним душераздирающий рык, который оборвался на полувизге.

Ярость накрыла красной волной. Опоздал!

Сука, опоздал!

Я сорвался с места, забыв об осторожности. Карабин наготове, предохранитель снят. Инстинкты и злость взяли верх над разумом.

Поляна открылась внезапно. Три фигуры в камуфляже стояли над огромной тушей тигрицы, один из них уже доставал нож, готовясь снимать шкуру. Рядом, прижавшись к поваленному дереву, дрожали два тигрёнка, совсем малыши, месяца три от роду.