— План дельный. Хорошо хоть додумался дома для поселенцев из камня строить, можно печи там поставить, не боясь спалить все к чертям. А вот что с дозорными делать в холода…

— Да не думаю, что надолго это похолодание, — махнула рукой Забава. — В Полесье уже сто лет не было затяжных морозов.

— Тебе виднее. У меня на родине не всегда так было. То жара, то холод, по сезону.

— И что больше по душе было?

— Когда жарко — ноют, когда холодно — тоже ноют, — налил ведро воды в ванну. — Но я за жару, если одет соответственно.

— А как это «соответственно для жары»? — полюбопытствовала Забава.

— На людях — в одежде.

— Скукота, — надулась Иляна.

— А за закрытыми дверями — без.

— А вот это уже интереснее.

С улыбкой покачал головой и принес еще несколько ведер воды. Ванна наполнилась, и можно было наконец расслабиться в теплой воде.

Тело горело от усталости после долгого рабочего дня. Вода окутала кожу успокаивающим теплом.

Иляна не стала ждать. Опустилась на колени рядом и принялась нежно втирать воду в мою кожу, смывая грязь и следы работы. Ее мягкие руки творили чудеса с напряженными мышцами.

Конечно, отчасти она искала любую возможность коснуться воды своей голубой кожей, но пальцы у нее были умелые — каждое движение снимало усталость и напряжение.

Я почти заснул от её прикосновений. Мы с девочками становились всё более сонными, но, полностью вымывшись, вылез из ванны, вытерся полотенцем и рухнул на спину в кровать. Обнажённое тело наслаждалось мягкостью простыней и матраса.

Эта кровать обошлась в приличную стопку золота, как и шёлковые простыни с роскошными подушками. Но когда мужчина проводит треть жизни в постели, особенно такой работяга, как я, считал своим долгом инвестировать в правильную кровать.

Пока измученное тело расслаблялось, глаза впитывали зрелище жён, раздевавшихся донага и направлявшихся ко мне в постель.

Стефания скинула халат и практически подползла к левой стороне и устроилась поудобнее, как раз когда Иляна, уже совершенно голая, перебралась через моё тело и прижалась к Стефании.

— Поможешь мне? — обратилась Лара к Забаве. — Руки слишком затекли, не дотянусь…

Я спал в одной постели с ними обеими почти с тех пор, как стал князем, но это никогда не надоедало. Особенно сейчас, когда смотрел, как Забава расстёгивает бюстгальтер Лары — охотница высвобождалась из него и потягивала плечи, подчёркивая большую грудь.

Они легли в постель рядом со мной: сначала Лара, за ней Забава. Четыре жены прижались ко мне.

Да…

Дни в Полесье — та ещё лотерея. Никогда не знаешь, какая дрянь вылезет из-за угла.