Артём смотрит на меня, как на дурака:

— Зачем ты отдал крутого лобота? Стикел классный! Ни у кого такова нет!

— Это стлатегия, — говорю. — Моя цель — обвалить лынок.

— Кого обвалить? — чешет Тема репу

— Всех.

И тут мне в голову приходит идея.

— Эй! — бросаю вдогонку Миронову с дружком. — А вам лобот-самолёт не нужен случаем?

— Хочу самолёт! — оборачивается Денис, глаза горят.

— Тогда слушай условия. Самолёт — только за двадцать экскаваторов.

— Двадцать⁈ Это же… — Денис с братом начинают считать по пальцам, сбиваются, шепчутся. — Много! — выдают они в итоге, глядя на меня круглыми глазами.

— Ну да, много. И что? — пожимаю плечами, будто ничего особенного не сказал. — Мой самолет. Хочу отдаю, хочу нет. Какие-то проблемы?

Они ещё немного хлопают глазами, переглядываются — и вдруг топают прочь. Долго не возвращаются. Потом приходят всей толпой — человек семь мальчишек. У каждого в руке по несколько стикеров.

— Серьёзно?.. — я смотрю на их добычу. — Вы все будете владеть одним самолётом?

— Дя! — важно отвечает Денис. — А тебе-то что?

Пожимаю плечами. Мне — ничего. Просто интересно. Отдаю им лобота-самолёта. Они, как послушный муравейник, вручают мне горсть экскаваторов. Целую россыпь.

Артём и Ксюня косятся на меня, как на сумасшедшего.

— Сава! Нафига ты им самолёт отдал? — еще больше офигевает Артём. — Он же клутой!

— Это стлатегия, — учу парнишку. — Вот тепель-то и будем обваливать лынок.

Встаю и топаю к своему ящику, где лежат мои лучшие игрушки, те, что привезли из детского универмага. Там и трансформеры, и машинки с открывающимися дверцами, и фигурка рыцаря, у которого снимается шлем — мечта.

Достаю всё лучшее и откладываю в отдельную коробку. Я же их привёз. Моё право. Тем более я вообще-то частично владею этим садиком, а значит и игрушками. Так-то.

Встаю и объявляю:

— Отныне часть иглушек — это племиум. Их можно брать только за стикелы. Играй, если ты умный!

— А что значит — умный? — морщит лоб Денис. Вокруг собирается народ и слушает.

— Значит: лешаешь задачки, получаешь стикелы, платишь ими за иглушки. Час аленды — за десять экскаватолов или за одного самолёта.

Дети переглядываются. Денис хмурится, уловив подвох. Он не совсем же тупой, сейчас допрет.

— Почему десять экскаватолов? Мы же отдали двадцать экскаватолов за самолёт! — возмущается Мирнонов

— Ну дя, — говорю я. — А час стоит десять. Вот такие плавила я устанавил.

Мальчишки и девчонки мнутся. Считают. Шушукаются. Потом Денис со своей бандой возвращаются — и молча протягивают обратно стикер-самолёт. Я забираю, и, как по договору, выдаю им игрушки — на час. По-честному.