— «Улица Советская», — объявил водитель. — Следующая «магазин 'Океан».

Черт! Едва свою остановку не проехал. Задумался! А еще хлеба надо не забыть купить, мама просила. Я выскочил из автобуса и поёжился от холода. В голову снова полезли мысли о событиях последних дней и даже забиравшийся под шапку ветер их не выдувал!

В хлебном, что у нашего дома, стоящие в очереди бабули что-то оживленно обсуждали. Я прислушался к тихому разговору.

— Такой важной… На «Волге», о!

Я навострил уши…

— Сразу видно, начальство, — с каким-то особым придыханием вещала одна. — Про Симаковых спрашивал… и про родственника ихного. Ну, который «красненькую» потерял!

— Не «красненькую», а четвертную, — уточнила вторая.

— Аж двадцать пять? — удивилась первая. — Ох ты ж…

Объявление, поданное Метелкиным в газету через третьих лиц, похоже сработало. Звонили и в редакцию, и, наверняка, по указанному телефону. Народ у нас сердобольный, особенно пенсионерки. Ну, как же так, человек двадцать пять рублей потерял, деньги немалые!

Шпион шел по моему следу, методично сматывая в клубок ту, пока ещё тоненькую, ниточку, которую я дал ему в руки. И, надо отдать должное, он не отступал. Да, пока он действует осторожно, но что стоит ему обратиться в институт, где работают Симаковы. Это не сложно, хотя, думаю, что даже для столь влиятельного человека будет не просто узнать координаты специалистов, работающих за границей. И не просто специалистов, у сотрудников научного института. Возможно он проявит осторожность и не обратится прямиком в посольство. Ведь для этого нужна четкая аргументация: почему его заинтересовали Симаковы? Не скажет же он правду, что хочет узнать адрес дальнего родственника, чтобы вернуть тому «найденные двадцать пять рублей»?

Так что какое-то время у меня было. И все же, я чувствовал, что круг сужался. Рано или поздно Метелкин узнает, что никакого родственника у Симаковых нет, и тогда начнет методично проверять весь подъезд.

— Молодой человек! Вы заснули, что ли?

— А? А! Мне буханочку черного и нарезной.

— Пожалуйста, — продавщица, пухленькая блондинка в серо-голубом халате, положила на прилавок хлеб и батон.

Никаких перчаток, да… Так никто и не жаловался.

— Двадцать девять копеек.

— Пожалуйста… — я дал две пятнашки.

— Сдачу спичками возьмете?

— Угу…

Сложив хлеб в авоську, я сунул спички в карман и вышел из магазина. В голове возникла робкая мыслишка: а что такие активные действия Метелкина заинтересуют «кого-то из органов»? Я представил развитие этой ситуации и улыбнулся. Как бы то и было, я не враг СССР, значит, в отличие от Метёлкина, могу рассчитывать на помощь любых структур. Надо только сформулировать обвинение и найти доказательства его противоправных действий. Но действовать надо осторожно, чтобы не спугнуть.