По лицам конструкторов было видно, что моя парадоксальная арифметика веса заставила их задуматься.

— К тому же, товарищи, поймите: это лишь временная схема, — примирительно добавил я. — Авиация развивается стремительно. Когда у нас появятся более удачные, доведенные до ума пушки Юрченко или того же Серебрякова, когда мы освоим мотор-пушки в развале цилиндров, мы с радостью вернемся к классическим схемам без всяких сопел. По крайней мере, пушка Серебрякова уже почти что есть. А пулемет ШВАК 12,7 мм еще неизвестно, пойдет ли в производство. С ним, я слышал, большие проблемы. А на будущее — я повернулся к Юрченко — нам нужен новый боеприпас. Патрон 25×202, разработанный для зенитки, чудовищно силен для авиапушки. Снаряд вполне подходит, а вот гильза велика. В ней избыточно много пороха.

Юрченко понимающе кивнул.

— Карп Сергеевич, ваша кривошипная автоматика очень перспективна, но даже она не спасет крыло, если мы оставим зенитный патрон с его отдачей в пять тонн. Ее нужно укоротить. Нам нужен специализированный, чисто авиационный боеприпас — примерно 25×130 или 25×140 миллиметров. Дмитрий Федорович, завтра же сделайте докладную на имя товарищей Алксниса, Бажанова и в Политбюро.

Устинов тут же начал записывать задание.

— Уменьшение длины гильзы и объема порохового заряда кардинально снизит импульс отдачи, — жестко резюмировал я. — Да, начальная скорость снаряда немного упадет, но сам снаряд останется тяжелым, фугасным и смертельно опасным для любого самолета. Зато он будет бить по конструкции нашего истребителя куда слабее. Только под такой, сбалансированный патрон, в сочетании с хорошим дульным тормозом, вы и создадите для нас по-настоящему удачную авиапушку с кривошипным затвором и нормальным, классическим исполнением. А пока вы ее проектируете и испытываете — мы полетаем с «трубой»

Напряжение, висевшее над столом во время споров об отдаче, немного спало. Решение было найдено, роли распределены. Я откинулся на спинку стула и обвел взглядом уставших, но воодушевленных конструкторов.

— Ну что ж, с артиллерией мы концептуально разобрались, — я пододвинул к себе стопку общих компоновочных синек. — Но раз уж мы все здесь собрались, давайте не терять времени и обсудим смежные вопросы. Показывайте, что у нас по планеру и системам.

Александр Яковлев, воспользовавшись паузой, поспешил доложить хорошие новости:

— По силовой установке есть подвижки, Леонид Ильич. КБ Климова практически завершило освоение лицензионного двигателя М-100. На стендовых испытаниях мотор уверенно отработал сто двенадцать моточасов. Этого уже вполне достаточно для официальной передачи двигателя на государственные испытания.