— Э нет, так дело не пойдет. Надо, чтобы ты все видел. Все-все видел…
И похититель снова взялся за меня. Перевернул, приподнял, к чему-то прислонил и придал телу сидячее положение.
— Чувствуешь что-нибудь? Нет? А если вот так? Ага, мышцы не реагируют, значит, газ еще действует… Ну что, дружище, добро пожаловать в мои владения! Так сказать, моя собственная красная комната, только снимать мы здесь будем не «Пятьдесят оттенков серого», а «Тысячу оттенков алого»! Как тебе, нравится?
Прозвучало пафосно и… совершенно бессмысленно, потому что глаза мои по-прежнему оставались закрытыми.
— Ах да, точно… Ты же ничего не видишь. Ничего, сейчас это исправим. Ты, главное, сиди неподвижно и не дергайся, хе-хе…
С этими словами похититель по прозвищу «Музыкант» подошел, присел рядом и…
Чем-то невероятно острым срезал мне веки, позволяя наконец-то оглядеться…
Глава 35 Красная комната
Ну надо же! Видать, я угодил в плен к очень необычному человеку, и прозвище «Музыкант» он получил явно не за свою страсть к сольфеджио. Да кто же ты такой?
Сатанист?
Вудуист?
Маатский правдоборец*?
Или просто садист?
Скорее всего, именно последнее, потому как ничего, напоминающего предметы поклонения или ритуальную атрибутику в комнате не обнаружилось. Зато разного рода пыточным приспособлениям и орудиям могли позавидовать и испанские экзекуторы, терзающие богоубийц* в надежде выведать, где те спрятали свои несметные богатства.
Чего тут только не было! Подвешенные к потолку крючья и ржавые цепи, решетки с торчащими из них гранеными шипами, жуткого вида кресла с кандалами, разделочные столы и многочисленные полки с разложенными на них пыточными инструментами. Про дыбу, испанские сапоги и корзину с крысами и говорить нечего.
А помещение-то оказалось куда больше, чем я изначально предполагал на слух! И даже при определенном недостатке освещения вполне можно было оценить масштабы трагедии.
— М-м-м… — промычал я.
— Действие токсина продлится еще минут тридцать-сорок, — пояснил мой мучитель, — Сперва вернется чувствительность, а вместе с нею и боль. Потом обаяние. Затем вы сможете говорить, и в последнюю очередь к вам вернется подвижность. Но есть способ и быстрее.
С этими словами он потянулся к небольшому столику на колесиках, что стоял рядом. И достал из кожаного футляра, лежащего на нем, шприц.
Вот только странный это был футляр. Что-то вроде кожаной плоской сумки или папки со множеством кармашков и петель, из которых торчали части металлических инструментов, среди которых без труда узнавались скальпели, ножницы и расширители…