И у него, как мне кажется, та же тема.

Мы переполнены тестостероном по уши, все внутри напряжено, выхода нет! Верней, есть, даже два.

Но оба — не выходы, на самом деле.

Драться — бессмысленно. И опасно. Потому что может перемкнуть и у меня, и у него. До этого момента я еще себя держал. И Мирка держал, я-то в курсе, как он может бить.

Не в полную силу дрался, чисто показывал, что не уступит.

И я не в полную.

Если бы в полную, то одного удара бы хватило. И Мирка это знает тоже.

Мы поняли друг друга.

И противостояние на новый уровень перешло. Тот, где итоговое решение не за нами.

Вот только проблема в том, что судья ни черта решать не хочет.

Круглит свои золотистые глазки, кусает губки и упорото делает вид, что нихрена не понимает. Вся такая наивная.

Самое стремное в этой ситуации то, что наивность может быть правдой.

И нежная Милочка реально не понимает, что происходит.

Я не особо знаток в психологии, и у тем более — в женской, потому что там нет психологии и законов, только безумная роза ветров, которая меняется с бешеной скоростью, и хер ты угадаешь, куда унесет в следующее мгновение ее.

Отсюда и постоянное напряжение.

И дикий мандраж.

А еще — никуда не девающееся желание себе забрать девчонку. Не смотря ни на что вообще! Как-то у меня незаметно мозг повернулся за каких-то пару часов… Тут реально в приворот поверишь.

Или в карму.

Чего мне там Верка в сердцах нажелала, перед тем, как свалить в закат?

Не вспомнить дословно, но что-то типа “чтоб тебе так же херово было, как мне сейчас”...

А я вот как-то не заметил, что ей сильно херово было со мной… Но я обычно до предела заебанный работой, потому вообще как-то мало замечал настроение женщины, с которой периодически спал. А она, оказывается, страдала… И ждала от меня, оказывается, чего-то… И еще она, тоже оказывается, “столько времени на меня потратила”.

Из финальной истерики я сумел понять, что что-то должен был сделать. Замуж позвать, наверно.

А я и не планировал, так-то… И даже не говорил ни о чем таком, считая, что просто у нас необременительный секс раз в неделю. Чаще-то все равно не получалось, главная моя любовница не пускала к второстепенной. Главная — это работа, если что. Работа, работочка, работушка моя… Блядь страшная. Но любимая. И менять ее на другую я не планировал.

Но Верка почему-то думала, что у нас все серьезно… А я не говорил такого. Я вообще с ней не говорил. Ошибка, получается. С женщиной надо говорить. Словами. Если бы на берегу все обозначил, то, может, все по-другому было бы?

А так все получилось максимально для меня странно и нелогично.