С поклоном представились в ответ, полномочный посол махнул подчиненным, и они быстро расселись по стульям — нас к первому ряду подвел Николай Степанович, кивнув на украшающее стену монументальное панно:

— «Москва-столица, моя Москва». Тоже Церетелли, гравировка на стали.

— Спасибо! — Тихонько поблагодарил я его за справку.

Людвиг Александрович, на понятном аборигенам японском языке, толкнул речь на тему большой чести и пригласил меня на сцену, где прицепил мне на грудь орден Дружбы Народов за вклад в укрепление советско-японской дружбы и культурного сотрудничества.

Тут уже речугу про большую честь пришлось толкать мне. Одзава Дэйчи все мероприятие старался говорить не больше необходимого и корпоративно-вежливо улыбался. Ему ордена не досталось, но без награды не отпустили — благодарственное письмо от советского Минкульта — тоже немалая честь, так что речугу толкнул и он. Следом награды удостоился какой-то курировавший всю движуху мидовец наш, японский. Далее — какой-то чел с «Шуэйши» — на правах прокатчика.

От фуршета отец супер вежливо отказался, я хотел из принципа остаться без него, но вовремя передумал, вместо этого попросив решившего лично нас проводить Людвига Александровича:

— У меня в Омске живет друг по переписке… — Сделал паузу и дождался кивка от полномочного посла — в курсе, мол, — И я очень хочу съездить к нему на пару дней на Золотой неделе!

Отец закаменел спиной, но влезать не стал.

— Уверен, он будет очень рад вашему визиту! — Был только рад такой просьбе посол, — Как только вы подадите официальный запрос, мы постараемся уладить все формальности как можно скорее.

Ништяк! Пара дней в родной Сибири точно пойдут мне на пользу! Все равно делать нефиг — Хэруки-то в Индию свалит, так что возьму с собой деда Казуму (потому что он прикольный), и поеду тусоваться с советскими ровесниками!

— Спасибо большое, Людвиг Александрович! — Поблагодарил я его.

— Может, лучше посетите Москву или Ленинград? — Предложил он.

Понять можно — че там в Омске делать? А по столицам программа для интуристов отработана.

— Обязательно, но уже в рамках другого визита! — Кивнул я.

— Таким необычным гостям мы всегда рады! — Заверил меня Людвиг Александрович, и мы попрощались.

— Сделаешь мне и деду Казуме визы? — Нарушил я молчание на пути домой.

— Почему Казума, а не мой отец? — Впервые за день прямо посмотрел батя на меня.

— С ним мы едем в США. Будет справедливо возить с собой дедушек по очереди, — Отмазался я.

— Вот как, — Кивнул отец, и молчание возобновилось.

Когда мы остановились у Малого дома, он тихо сказал: