Пан протянул лапы, резким рывком буквально содрал со скалы пленницу и тем же движением метнул её в портал. Затем шагнул туда сам. На секунду задержался, чтобы посмотреть на меня.

— Я знал, что ты сумеешь меня развлечь, Охотник. Как ты ещё мне скажешь, до встречи за углом! — произнес он.

И именно в этот момент Гвена рванулась вперед. С диким воплем, больше напоминающим визг, она накинулась на Пана.

Она не зря все это время ползала за скалой. Ужас её не обездвижил. А сама она каким-то образом чуяла Пана, поскольку ей всё время удавалось держаться так, чтобы он её не видел. Мне казалось странным, что он её не чувствовал. И вот сейчас она взобралась на скалу, оттолкнулась от неё ногами и буквально влетела в Пана, выставив вперед меч, как живое копье.

Бог с невероятной скоростью успел обернуться и схватить Гвену обеими руками. Но слишком поздно — её меч уже ударил его в горло. Тяжелый, широкий клинок, предназначенный не столько для рубки, сколько для пробивания шлемов и доспехов при атаке с коня, со звоном разлетелся на множество осколков, оставив на мощной шее Пана едва заметную царапину. Но этого хватило — Пан ужасно взревел. Не со злобой, а, скорее, от досады.

Охватывающие нас путы спали. Страх отпустил, но вместо него пришло опустошение. Я опустился на землю. Ноги просто подогнулись, как будто я пробежал десять километров, и теперь мышцы больше не слушались. Рядом, со звоном доспехов, на пол повалились Сперат и Адель.

Я, почти машинально, пропустил через себя заряд магической бодрости и поэтому смог удержать тело вертикально, оперевшись на «Крушитель». Поэтому я видел, как Гвена с яростью боролась с огромным Паном. Ловко, как кошка, она вывернулась из его хватки и полоснула ему по груди на глазах удлиняющимися и наливающимися чернотой когтями на своей руке.

Пан резко ударил её. Так быстро, что я не различил самого удара. Просто вот Гвена рядом с Паном, падает вниз, а в следующее мгновение на её месте кулак Пана, а она отлетает назад и бьется о скалу. Во все стороны летят куски камня.

Я хочу сказать ей, чтобы она перестала, но не успеваю закончить фразу:

— Гвена! Остановись!

Но она уже бросается вперед. Походя сметает успевшего преградить ей путь сатира-щитоносца, явно целит богу в горло, но изворачивается в воздухе, проскальзывает под встречный удар Пана и вцепляется куда достала. Она успевает полностью обратиться — на ней всё ещё шлем и броня, которые расползаются по сварным швам на мускулистом теле демона. А пасть у неё распахнулась, как у змеи — она буквально воткнулась клыками в живот Пана. И её белоснежные клыки вошли в божественную плоть легко. Она явно намеревалась выдрать кусок — и ей это удалось.