— А ещё я могу есть мясо! — продолжала она, шелестя ветвями, словно в подтверждение. — Я не совсем дерево, видите? Ветви шевелятся, как руки! Но на любой вопрос я ответить не могу. Вы должны знать, о чём спрашиваете, хоть чуть-чуть! Это как клубок — ваши знания тянут нитку, а я распутываю остальное. Ответы всплывают вот тут, — она помолчала, будто указывая на себя, — постепенно, один за другим! И это так… увлекательно! Сеньор Магн, спросите ещё! Ну пожалуйста, спросите! Я хочу узнать больше о себе!

— Тихо всем! — грубо оборвал я её. Голос дрожал от усталости, но я держался. — Лилия, продолжай отвечать…

Её листья поникли, и голос стал тише, словно ветер унёс её силы:

— Я… Я… Я могу жить очень долго. Могу впитывать в себя силу из других вещей… Всё. Магия кончается… — вдруг прошелестела она грустно.

Ненадолго её хватило. Я оглянулся. Воздух был чист. В моём зрении не осталось ни искры магии. Золотая эгида исчезла, и ничто не напоминало о том хаосе, магическом бульоне, в который я угодил.

— А когда ты снова сможешь отвечать? — спросил я, насторожившись.

— Когда накоплю магию… Пара недель, — её голос слабел, становился шёпотом. — Или меньше, если съем что-то живое… Лучше разумное… Отойдите, моя госпожа… Вы зря спросили, сеньор Магн. Я трачу последние крохи… Без них я не могу себя осознавать… Засыпаю…

Я вскочил и оттащил Адель подальше от существа, что было Лилией. Дерево умолкло. Ветви задрожали, изгибаясь и распрямляясь неестественно, словно в агонии.

— Она уже не та Лилия, какой была, — прошипела Гвена. — Я думаю, это все от воздержания. Сперат, иди сюда!

Я опустился рядом с Адель. И даже посочувствовал Сперату. Наверняка бедняга тоже сейчас больше всего хотел спокойствия.

— Ива, — тихо сказала Адель. — Теперь это ива.

Беглый осмотр площадки ничего не дал. Мы нашли пару сломанных каменных дисков, которыми бородачи пилят камень, остатки станка и следы на скале. Похоже, Долгобороды выдрали один костыль и отпилили Великой Матери ногу. Которая потом отросла, надо думать. С помощью Сперата я расшатал и вытащил из скалы пару костылей — это оказалось непросто. Остальные не поддались даже нашим силам. Лилия больше не отозвалась, и я решил возвращаться.

Я был почти уверен: спустись мы в воду и пройди по затопленному туннелю вверх по течению, через пятьсот метров найдём древний схрон, через который я, Сперат и Гвена выбрались на поверхность после побега из Университета и встречи с вампиром. Всегда, даже в самом супер защищенном банке есть неприметная дверь для уборщицы.

Гвена долго не хотела обращаться в человека. Потом попыталась укусить Лилию — и преуспела, оторвав кусок гибкой ветви. Лилия отдёрнула ветвь, как человек отдёрнул бы руку от боли, но промолчала. Гвена сосредоточенно грызла зелёную веточку почти всю дорогу обратно. Лишь когда впереди послышались голоса, она соизволила превратиться в черноволосую аристократку.