По пути я провёл инструктаж по секретности, в основном для Волока. В Сперате и Гвене я был уверен, как в себе, Адель выглядела подавленной, и мне не хотелось её добивать. Волок насупился, но терпел и молча кивал.

Нас встретили не у потайной двери, а в лабиринте. Мы отсутствовали больше четырёх часов — если я верно понял фразу Леона: «Мы дважды могли бы зажарить овцу!» Он не выдержал и собрал поисковую партию из моего щитовика и пары надёжных стражников из городского поместья. И отважно двинулся искать меня и остальных. Нарушив приказ. Но, в принципе, я тоже не рассчитывал что задержусь так надолго.

Им повезло: они шли по нашим следам в пыли древних коридоров и не попали в комнаты с ловушками. Леон сразу же заметил, что Лилии с нами нет. Он еще только собирался спросить, а Адель уже ответила за меня:

— Моя отважная фрейлина… Пала в бою. Нам повстречался сквернопряд.

Леон перевел взгляд на меня.

— Так вот как зовётся эта тварь, — сказал я вслух.

— Слышал, они живут только в Темнолесье, — добавил Сперат. Не знаю, подыграл он или сказал правду, но разговор выглядел натянутым. Я бы заподозрил недосказанность. Вот только троица рубак рядом пялились не на нас, а на Гвену. Да и Леон, судя по его пустому лицу, напрягал всю силу воли чтобы смотреть на лица нас с Адель, а не на задницу Гвены. Если он при этом мог ещё и думать, то я его серьезно недооценил. На Гвене остались латная рукавица, обрывки кольчуги и одежды, что лишь подчёркивало её наготу. Она пряталась за Сператом, но так ловко выставляла изгиб бедра, что это было просто обжигающе похотливо.

— Ах, неужели нет среди нас благородного сеньора, что помог бы мне? — душераздирающе простонала деионица в человеческом обличье, уткнувшись в Сперата. Уверен, она спрятала лицо, чтобы скрыть ухмылку. Леон посмотрел на меня как на негодяя, сунул щит соседу и стал стягивать гербовую котту. Я отвернулся — чтобы он не видел, как я закатываю глаза.

Кроме выходок Гвены, дразнившей стражников всю обратную дорогу, мы вернулись без приключений. Выдав у выхода сообщение, что в подземельях под «Горящим Пиком» водятся чудовища и погибла фрейлина моей жены, я приготовился к вопросам. Их не последовало. Это не демократия — здесь слова сеньора принимают, как погоду, и действуют, с поправкой на них. Удобно.

Трудных вопросов о находках избежать удалось, но неприятных — нет. Меня вежливо взяли в оборот Вокула и Фанго. Их лазутчики доложили, что моя армия приближается к замку. Честно говоря, это не их заслуга — Фанго проговорился, что дым пожаров виден со стен. Теперь эти бумажные крысы волновались за арендаторов и сохранностьмоего имущества.