— Нет, бабуль, вся сдача твоя, — махнув головой, я поднялся и пошёл на кухню.
Ефим не обманул. Бабка наготовила еды на целую армию. Пирожки с картошкой, борщ с салом и чесноком, пирог яблочный, даже стопку водки налила. Пить я не буду, а вот от еды не откажусь. Тем более что не ел больше суток.
Наевшись от пуза, я вызвал такси и укатил в Раздолье.
Пора основать собственное дело.
* * *
Владелица гостиницы Баба Надя.
Неделю спустя.
Хозяйка гостиницы проснулась в дурном настроении. От проклятого настоя нога постоянно чесалась, да так, что хотелось с себя кожу сорвать. Вот только обещанного исцеления она так и не дождалась. Обманул, проклятый.
— А я поверила, дура! — ворчала под нос бабка, слезая с кровати. — Вот что за молодёжь пошла? Приехал, деньгами сорит, как будто им счёта не знает. Исцеление обещает. Тьфу на тебя! А я чаво, помощи просила, что ли? — всё бубнила баба Надя, идя по коридору.
Так она и шла, пока не спохватилась.
— Батюшки! А клюка моя где?
Женщина неверяще уставилась на свою ногу, что приобрела здоровый цвет и двигалась даже лучше, чем вторая. Упав на пол, бабка тихонько заплакала, зажав рот рукой, чтобы не разбудить постояльцев.
— И правда помог, родимый…
Глава 16
Пока таксист вёз меня в Раздолье, мы едва не вылетели с дороги. А всё из-за проделок Гру. Древень протягивал лозу к водителю и периодически щекотал его. Сначала это было забавно. Мужик думал, что в салон залетела муха и всячески от неё отмахивался.
Однако потом его так достали постоянные касания, что он начал нервно лупить себя по шее, стараясь прикончить несуществующее насекомое. В один из таких моментов мы налетели на кочку. Перепуганный водитель вцепился в руль и едва сумел удержать машину на дороге. Пришлось пригрозить деревяшке пальцем. Тот понял и издеваться прекратил.
На удивление, в Раздолье меня встречать никто не вышел. Войдя в особняк, я поднялся на второй этаж, чтобы переодеться. Снял окровавленную одежду, под которой красовался ровный розовый шрам.
— Ого. А ты знаешь толк в целительстве, — похвалил я Гру, который закопался в горшок с геранью и бодро махал листьями.
Я переоделся и подошёл к окну. Красота. Во дворе выросла теплица. Немного не такая, как я представлял, но тоже ничего. Четыре метра в высоту, остеклена, а ещё по земле от неё тянулись трубы, которые сейчас и закапывал Олег.
Улыбаясь, вышел во двор и всех поприветствовал:
— Доброго дня труженикам! Олег, фундаментальную теплицу отгрохал, молодец. А это что? — поинтересовался я, указав на трубы.
— Виктор Игоревич, вы куда пропали⁈ Я вам каждые полчаса звоню! — ошалело выпалил Степан.