Есть ещё кое-что: эти твари совершенно невосприимчивы к физическим атакам. Любое оружие моментально приходит в негодность. Прикончить таких можно единственным способом: нужно добраться до ядра в центре их тела. А у слизняка, которого я видел, ядро очень глубоко, примерно под двумя метрами кислотной слизи!
Издав хлюпающий звук, слайм уменьшился в размерах, а через секунду послышался отчётливый плевок. Обернувшись назад, с ужасом увидел, как в меня летит сгусток кислоты.
Резко отпрыгнул в сторону, но на месте, где только что стоял, злобно шипела, плавя песок, зелёная слизь. Я выругался и продолжил бег.
Радовало, что бегуны из слаймов неважные. Зелёная сопля предприняла ещё пару попыток попасть в меня кислотой, но обе оказались безуспешны, а после я стал недосягаем для её атак, скрывшись за холмом.
Видимо, я был далеко не первым, кто додумался, как открывается спуск в логово слайма. Да и удрать мне повезло чудом, а вот сотням посетителей до меня удача не улыбнулась. Интересно, макры, лежащие под землёй, остались от тварей или погибших охотников? Как бы там ни было, всё равно очень хочется спуститься туда и забрать всё то, что слизняк успел накопить за это время.
Через четыре часа я вернулся в город, имея лишь одну цель: найти группу достаточно отмороженных охотников, чтобы сразиться против слайма.
Глава 12
Первым делом я направился в ломбард. Рюкзак, забитый оружием, весил порядочно, а чёртовы лямки врезались в плечи так, что хотелось поскорее избавиться от этого металлолома. Как только нога переступила порог ломбарда, из ниоткуда выпрыгнул парень с придурковатым выражением лица.
— Чем могу помочь? — натянутая улыбка на его физиономии смотрелась неестественно.
— Мне нужно избавиться вот от этого, — с облегчением выдохнув, я бросил рюкзак на пол. От удара железяки жалобно звякнули.
— Сейчас посмотрим.
Скупщик ковырялся в рюкзаке, вытаскивая трофеи один за другим и выкладывая их на прилавок. Когда он добрался до магического меча, его глаза алчно заблестели. Я же сразу смекнул, что продавцу приглянулась эта бесполезная железяка, и влил в меч побольше маны, отчего тот засиял так ярко, что торговцу пришлось прищуриться.
— Вы точно хотите его продать? — спросил парень, не отводя глаз от лезвия.
— Да. Очень нужны деньги. Проигрался в карты, — коротко буркнул я, чтобы отмести дальнейшие вопросы.
Парнишка задумался, кажется, производя одному ему понятные подсчёты, и заявил:
— За всё дам пять тысяч. Идёт? — он протянул руку, даже на меня не взглянув.
— Шесть тысяч — и по рукам.
— По живому режешь. Давай за пять с половиной, — скупщик с неохотой оторвался от клинка и с надеждой посмотрел в мои глаза.