Сейчас передо мной встала дилемма. Съесть один из кустов, увеличив объём накапливаемой маны, или же продолжать растить траву с тем, что есть? Кусты были объединены общей корневой системой, из-за чего распределяли энергию между собой. Вливая ману в один куст, я был уверен: ровно такое же её количество проходит и через другой.

При этом усвоить весь объём маны лунная трава не могла, и, как бы я его ни уменьшал, потеря всё равно оставалась в районе восьмидесяти процентов. А так я заливал ману сразу в два куста, и в пустоту улетало не более шестидесяти. То есть при одинаковых вливаниях маны я получал результат вдвое больший, ведь развивались оба куста сразу.

С другой стороны, лишняя мана в изнанке мне не помешает. Если недооценю противника и погибну, уже будет плевать, сколько у меня в особняке осталось кустов.

Не о чем тут думать! Всё и так предельно ясно. Я сжал в руке оставшиеся три кристалла, оторвал росток и влил в него всю энергию из макров, направляя её на увеличение количества полезных веществ.

После завершения процедуры прожилки стали ярко-красными, а серый оттенок листьев сменился на бледно-зелёный. Запихнув растение в рот, я прожевал его, стараясь не вдыхать аромат, и проглотил.

Как и в прошлый раз, в груди разгорелся нестерпимый жар, который усмирил дар усиления. Изменения в теле продолжались примерно двадцать минут. Когда пытка кончилась, я без сил рухнул на прохладную землю подвала.

Тяжело дыша, принялся медитировать, сканируя тело. Энергетические каналы никак не изменились. Зато ядро маны превратилось в крошечную горошину, которая оказалась втрое больше той, что была до. Не сдержав эмоций, я завопил от радости.

Отлично! Эксперимент оказался не просто удачен — он превзошёл все мои ожидания! Теперь я смогу восстановить ядро в несколько раз быстрее. Осталось только раздобыть побольше макров.

На следующее утро я оделся в серый рабочий костюм из плотной ткани. Вполне неплохо. Свободный крой не стесняет движений, что очень важно для боя.

После завтрака Степан отвёз меня в Ангарск. Я стоял у двухэтажного здания, украшенного лепниной и колоннами. Вокруг шастали без дела зеваки, любующиеся архитектурой. Порой встречались и аристократы, деловито направляющиеся в изнанку. За одним из таких я и проследовал.

Внутри здания располагался ломбард, принадлежавший господину Клещёву. В нём можно было продать всё добытое в изнанке. Уверен, что цену в этом ломбарде дадут минимальную, поэтому сюда даже заходить не стану.

Также здесь находились трактир, отделение полиции, медпункт и длинный коридор, ветвящийся в разные стороны. На полу я обнаружил нарисованные линии, каждая из которых была подписана. Зелёная вела в академию, жёлтая — на каторгу, а синяя — в рудники.