Один с воронами Хугином и Мунином. Миниатюра исландской рукописи, XVIII в.
Det Kongelige Bibliotek
Каким же образом во роны помогали в прорицаниях? Пророческие способности Якова Юги, видимо, основывались на умении толковать предзнаменования, проявлявшиеся в полете, траектории движения, поведении, звуках птиц и в их взаимодействии друг с другом. Древнерусские проповеди, осуждавшие языческие пережитки, упоминают подобные гадания, а в списках запрещенных книг фигурирует, например, «Воронограй» — судя по названию, руководство по интерпретации птичьих криков[157] .
Кроме того, известно, что даже в XV веке в Новгороде существовала кощунственная, с точки зрения церковных иерархов, гадательная практика с привязыванием к ворону креста деревянного, а к вороне — медного, о чем в своем письме сокрушался новгородский архиепископ Геннадий[158] . Высказывается даже предположение, что и Яков Юга, и Хотен Нос, фигурирующий в его прорицании, по всей видимости, являлись священнослужителями Софийского собора, однако в их повседневности гармонично сосуществовали и христианская догматика, и гадательные практики языческого происхождения[159] .
Кстати, на стенах собора можно найти немало процарапанных изображений птиц. Особенно интересны рисунки двух крупных пернатых с большими вытянутыми клювами, обнаруженные в оконной нише внутристенной башни. На одной из прорисовок — очертание птицы с гордо воздетой головой. Возможно, здесь запечатлены те самые во роны, которых использовал в своих ритуалах новгородский прорицатель Яков Юга, называвший себя «вороньим жрецом».
Глава 2. Новгородская магия: волхвы, колдуны, проклёны…
Волхв. От этого короткого слова веет и двухтысячелетней библейской историей, и древнерусской летописной стариной. Волхв — человек со сверхъестественными способностями и обширными знаниями. Он — свершитель разнообразных магических действий, умеющий насылать беды и порчу, и в то же время исцелять и снимать колдовские чары. Он — провидец, знающий прошлое и будущее. Хранитель тайных знаний. Тот, кого боятся и уважают, от кого огораживаются и к кому прибегают с мольбой о помощи в самых сложных ситуациях.
В древнерусской традиции многофункциональные волхвы были «колдунами особого ранга, влиявшими на государственный и общинный быт»[160] . Они объясняли и искореняли источники несчастий, врачевали, предсказывали будущее и предписывали, как себя вести. Даже после Крещения Руси волхвы сохраняли значительное влияние в народе. Показателен эпизод новгородской истории конца XI века, повествующий о городском восстании, возглавляемом волхвом, который одними только «разглагольствованиями» о потенциальных «чудесах великих» смог переманить на свою сторону поверивших ему практически всех новгородцев[161] .