Он вошёл в свой кабинет. Через пару минут раздался звонок внутренней связи.
— Алина. Ко мне.
Я встала, поправила юбку и пошла. Ноги были как ватные. Закрыла за собой дверь, как всегда, и остановилась посередине кабинета. Максим Петрович сидел за столом и смотрел на меня. Тот самый взгляд — тяжёлый, собственнический, от которого по коже бегут мурашки.
— Доброе утро, Максим Петрович, — тихо сказала я.
— Утро. — Он откинулся в кресле. — Я слушаю.
Я сглотнула. Горло пересохло. Несколько секунд стояла молча, собираясь с силами. Потом подняла на него глаза и почти шёпотом произнесла:
— Я… я согласна.
В кабинете повисла тишина. Он смотрел на меня долго, не отрываясь. На его губах появилась едва заметная, опасная улыбка.
— Повтори, — сказал он низко.
— Я согласна, — повторила я громче, хотя голос всё равно дрожал. — На ваши условия. Я буду… вашей. Если вы действительно решите все мои проблемы.
Он медленно встал из-за стола и подошёл ко мне. Очень близко. Так близко, что я почувствовала тепло его тела и запах его парфюма. Поднял руку и большим пальцем провёл по моей нижней губе. Я вздрогнула, но не отстранилась.
— Хорошая девочка, — тихо произнёс он, и от этих двух слов у меня внутри всё сжалось. — Ты только что сделала правильный выбор, Алина.
Я стояла, красная, с бешено бьющимся сердцем, и чувствовала, как между ног становится влажно. Мне было стыдно. Страшно. И одновременно невероятно возбуждённо. Этот мужчина теперь будет иметь надо мной полную власть. И я сама на это согласилась.
— Сегодня же начну решать твои вопросы, — продолжил он деловым тоном, хотя рука всё ещё была возле моего лица. — Сосед исчезнет уже к вечеру. Квартира и часть долгов — в течение недели. Но помни: теперь ты моя. И я возьму то, что мне причитается. Скоро.
Он наклонился чуть ближе, почти касаясь губами моего уха:
— А теперь иди работать. И улыбайся. Ты только что сильно улучшила свою жизнь.
Я кивнула, едва держась на ногах, и вышла из кабинета. Закрыла дверь и прислонилась к ней спиной в коридоре. Дыхание было прерывистым, щёки горели, а внизу живота пульсировало от желания.
Я только что продала себя самому желанному и опасному мужчине в моей жизни.
И, чёрт возьми, я не жалела об этом ни секунды.
Глава 19
Максим
Она сказала «да».
Я сижу в своём кресле и смотрю на закрывшуюся за ней дверь. В кабинете стоит абсолютная тишина, только часы на стене продолжают своё размеренное тиканье. А внутри меня — настоящий шторм.
«Я согласна».
Эти два слова всё ещё звучат у меня в голове. Я медленно выдыхаю, откидываюсь назад и позволяю себе улыбнуться — медленно, хищно, с глубоким удовлетворением. Член мгновенно отреагировал, напрягся в брюках так, что стало почти некомфортно. Чёрт, как же сильно я её хочу. Сильнее, чем признавался себе до этого момента.