Я смотрел на пакет с продуктами на асфальте. На разбитую бутылку вина. На сумку Алины.
Она шла домой. С покупками. Для нас. Для ужина.
А этот урод забрал её.
Я достал телефон и снова набрал Андрея.
— Андрей, — сказал я, когда он взял трубку. — Женщина видела, как какой-то грязный алкаш тащил девушку в старую «девятку». Она кричала. Он ударил её по лицу и затолкал в машину. Телефон и сумка здесь. Найди машину. Найди, куда он её увёз. И найди её. Быстро.
Андрей помолчал секунду, потом ответил уже другим тоном:
— Это скорее всего тот урод из коммуналки. Он как раз два дня назад вышел после пятнадцати суток. Я проверю камеры прямо сейчас.
Я отключил звонок. Стоял посреди двора, глядя на полицейских, которые что-то записывали. Внутри всё кипело — страх, ярость, вина. Я должен был быть с ней. Должен был приехать раньше. Должен был защитить.
А теперь она в руках этого урода.
И я не знал, что он с ней делает.
Я стоял и смотрел на пакет с продуктами на асфальте. На разбитую бутылку вина. На сумку Алины.
Потом развернулся и быстро пошёл обратно к дому. Шёл пешком, почти бежал. В голове крутилась только одна мысль.
Если он её тронет…
Если он посмеет её хоть пальцем тронуть…
Я убью его.
Своими руками.
Глава 35
Алина
Машина неслась по трассе. Я сидела на заднем сиденье, прижавшись спиной к двери, и не могла перестать дрожать. Руки были связаны за спиной тонкой, но прочной верёвкой — дядя Витя порвал с неё кусок от какой-то старой тряпки, которая валялась в машине, когда я накинулась на него. Верёвка впивалась в кожу запястий, но это было ничто по сравнению с тем, что творилось внутри меня.
— Пожалуйста… дядь Вить… отпустите меня… — шептала я уже в который раз. Голос дрожал, губы всё ещё кровоточили от удара. Нижняя губа сильно опухла, язык чувствовал вкус крови. — Я ничего вам не сделала… пожалуйста…
Он сидел за рулём и только хрипло смеялся.
— Не сделала? — повторил он, глядя на меня в зеркало. Глаза красные, злые. — Ты меня сгубила, маленькая сучка. Пятнадцать суток я отсидел из-за тебя. Выселили. А ты теперь сытенькая, в красивых тряпках. При бабле. Нет. Теперь ты будешь платить. По полной.
Я снова заплакала. Слёзы текли по щекам, смешиваясь с кровью на губе. Каждый раз, когда машина подпрыгивала на ухабах, верёвка на запястьях жгла сильнее. Я пыталась вырвать руки, но было бесполезно.
— Куда вы меня везёте?.. — спросила я тихо, почти беззвучно.
— Куда надо, — буркнул он. — За город. Там сейчас живу. После того, как меня из коммуналки выгнали. Там и посидишь. Пока твой богатый дружок не заплатит. А пока будем ждать… — он усмехнулся грязно, — мы с тобой повеселимся. Не сотрёшься.