Нашарил в тайнике ключ и отперев дверь — вошел в сени, подслеповато прищурившись, со света в полумраке. «А это что? Уезжал — не было, Маня притараканила, скорее всего. То ли сыр, то ли окорок». — снял висевший на стене округлый сверток: «Мясо скорее всего, только чо в полиэтилене? Испортится же, на улице как раз май месяц по нашему». Зашел в дом, на кухне поднял руку с зажатым в ней кульком и тут же с криком: «Бля!» — уронил его на пол и машинально отпнул ногой в угол. «Да что здесь происходит⁉» — Риторически вопросил у лежащей в углу человеческой головы, запаянной в толстую полиэтиленовую пленку: «Ты кто, Йорик⁈»

Поправил ногой, присмотрелся и признал в нем одного из таджиков, соучеников Мани. То ли Абассат, то ли Шакал. А на пакете, сбоку, черным маркером красовалась надпись: «№ 1». «Мы память о одноклассниках как-то человечней сохраняли», — передернул плечами Егор: «фото общее там, вечера выпускников каждый год в феврале, а головы не консервировали». Принюхался и опознал в приторно-сладковатом запахе, исходящем от головы — формалин.

«Я им этот формалин с такими трудностями делаю, а они вон оно что!» — С возмущением думал Егор, брезгливо отмывая руки в рукомойнике. Заодно с фырканьем и разбрызгиванием воды по всей кухне — умыл лицо. Гугл, с крайним неодобрением наблюдавший за этим, заметил: «Какой-то ты ущербный недокот, языка нет что-ли⁉» А Мася наябедничала: «Да они вообще знаешь какие нечистоплотные⁉ Как в туалет сходят — не вылизываются там, представляешь⁉» К счастью для кошаков — Егор их не понимал, а то бы показал, мокрым полотенцем, кто в доме хозяин…

«Ну хоть в доме чистота и порядок», — нашел и плюсы: «вон сколько банок стоит чисто вымытых, целая батарея. Постой, они что, одними закатками питались, столько тары пустой?» Присел на корточки и стал изучать еле различимые надписи на приклеенных к банкам полоскам строительного скотча: «Кр. Смородина 2019, Крыж. 2020, Малина 2018 и прочее». «Бедные дети!» — Потрясенно потряс головой Егор: «Это они же всё старое засахарившееся варенье сожрали, которое я у Анисимовской бабки сменял, хотел брагу на нём поставить. Куда только Маня смотрела, она же всё таки врач почти!»

Прихватил тряпкой голову таджика и пошел на улицу — прибрать до выяснения обстоятельств, не дома же это держать. «В дровник закину», — решил Егор: «чтоб ни птицы не расклевали, ни питомцы не объели. Хотя кто в здравом уме на этот формалин польстится…»

А во дворе наткнулся на Серёгу, в сопровождении двух мордатых священнослужителей.

— А мне говорят, что приехал ты! — Радостно поприветствовал Егора брат. — Вот мы сразу к тебе!