А чуть попозже — устроили небольшой междусобойчик для своих, на котором Серёгу пытали, как там без них поживает деревня. Участковый с удивлением отбивался: «Вы чо чудите то? Что за вечер ностальгии? Три раза в неделю от нас обоз приезжает, при желании — и сами можете выбраться, плохо вам здесь что-ли⁈» Хорошо ещё что гитару не взял, а то бы утомили просьбами спеть. Сам Серёга, как пока непьющий — с неодобрением поглядывал на разворачивающееся веселье.

— И часто вы тут так отмечаете? — Ворчливо поинтересовался у Расула.

— Нет конечно! — Не моргнув глазом отбрехался завгар. — Тебе обрадовались! Серёга, ты чо душным таким стал, как пить бросил? Сколько не пьёшь то?

— Полтора месяца. — Буркнул участковый, не любивший упоминаний о своей завязке.

— Представляю, как ты к лету озвереешь! — Незамысловато пошутил Расул.

По здравому размышлению — Серёга взял себя в руки и не стал портить людям праздник. Да и вечеринкой это можно было назвать лишь с большой натяжкой, так — небольшой корпоратив мелкой фирмы. Даже изрядно приняв на грудь, народ не переставал обсуждать работу, в одном углу бухгалтер схлестнулся с учительницей в жаркой полемике, а в центре стола всеобщее внимание занял Расул, опять со своими планами догнать и перегнать. И пятилетку к осени…

К середине вечера мнение Серёги о небольшой фирме развеялись дымом: «Масштабы даже по нашим меркам немалые вырисовываются, а уж для этого времени — запредельные!» Это до него наконец дошла разница между выплавкой чугуна и низкосортного железа и тем, что затеяли производственники. Вернее — разница между ними в цене. «А нужно ли нам это золото?» — Задумался: «Тут вот он, Клондайк, сталь, прокат, химия Егоровская, единственно — с вывозом продукции тяжело, раз в год по весне по рекам сплавлять…»

А перед отправкой ко сну — пухла голова от подробностей, вываленных на него собеседниками. Радовавшихся, что нашли такого благодарного слушателя. Узнал немало и об особенностях обучения в восемнадцатом веке, и об бухгалтерии предприятий металлургических. Не говоря уже об самом производстве, оставалось понять — что со всем этим знанием делать. Это из глобального, помимо производственных деталей — Серёгу завалили ворохом сплетен, кто к кому неровно дышит, кто к кому подкатывает и всё прочее в том же духе. Как и положено в маленьком, но дружном и спаянном коллективе.

«Как я удачно пить бросил!» — Про себя отметил укладывающийся спать участковый: «Тоже бы небось не удержался, стал жаловаться на тяготы оперативно-розыскной работы в условиях крепостного права, без доступа к материально-технической базе и привычного инструментария под рукой. Ладно хоть доча с врачами крутится, свой судмедэксперт и патологоанатом в одном флаконе в семье будет. А если брата во внимание принять — то ещё анестезиолог и специалист по ядам, самородок-самоучка…»