Замотивированный по самое не могу — Никита до отъезда гостей поселился у механизаторов, с прилежанием постигая тонкости эксплуатации генератора, переделанного на дрова. Стоически терпя дружеские подколки трактористов, иногда переходящие за грань издевательства.
Анисим принял переселенцев с Брянщины тепло — во первых крестьяне, социально близкий элемент, во вторых — рабочие руки. Пришельцы из двадцать первого века, все как один — устремились по заводам. Даже вчерашние скотники и доярки внезапно обнаружили в себе склонность к умственному труду, а то и к руководящим должностям. Пока справлялись с помощью переселившихся башкир из айле, но не за горами была посевная.
Губин предупредил ветеринара, что Конон со своими десятком здесь до нового года, вникнуть в тонкости агротехники новых для России культур и затем передать эти знания своим землякам. Остальные на постоянное жительство. Анисим, расспросив Чернова об обстоятельствах, приведших его к ним — принял их историю близко к сердцу.
— Молодцы! Не только обучим и семенами обеспечим, но и похлопочу, чтоб сельхозинвентарь вам выдали, домой увезёте! — Пообещал ветеринар. — К осени начнут ладить и конные косилки, и жатки. Утрете нос буржуям своей коммуной на брянщине! Ещё и под присмотром и протекцией императора!
А через пару дней, как Конон стал вникать в хозяйство фермы, случился конфликт. С башкирами. Чуть до драки дело не дошло и сейчас Талгат с Кононом сидели у Анисима в кабинете, пили чай и бросая друг на друга неприязненные взгляды — излагали суть ссоры. А дело было так, во время поездки в лес за бревнами, переезжая через Кулемку — Талгат не удержался и похвастался Конону, что у них тут бобры появились. Две хатки неподалеку обжитые!
Конона как подменили, вечно спокойный и меланхоличный мужик пришел в неистовство и с придыханием, сжимая в руках топор, поинтересовался, когда эти бобры выйдут на свет божий. Явно не с целю сделать им ути пути и поцеловать в носик. Талгат его предупредил, что эти бобры под их защитой. И так почти всех истребили в окрестностях, а появление этих — не иначе как знак духов. Конон, которого в детстве чуть не запороли у барина как раз из-за того, что он бобра добыл с братом — не унимался. Браконьерство конечно, но жрать то хочется!
Ветеринар слушал их спор, еле сдерживаясь от хохота, откуда появились бобры — смекнул сразу: «Это же наши, Егоркины друзья с нами перенеслись!» А смешно было от старой истории, лет пять назад приключившейся с Егором и ставшей достоянием общественности. Тогда он, ещё не избавившийся от своих пагубных зависимостей — решил заняться культивированием психоактивных растений. А так как дело это уголовно наказуемое — ушел в леса, точнее — в овраги возле Кулемки. Где и разбил несколько грядок, ходил пропалывал, удобрял и защищал от вредителей.