Завершив свой ритуал, Шива отправился домой на своем белом быке Нанди. Там он нашел Шакти мертвой, лежащей на полу. «Но любовь заставила его не верить своим глазам. Он гладил ее и спрашивал: «Что же ты спишь? Отчего ты заснула?» Первая реакция Шивы на смерть Шакти – отказ осознать ее смерть, нежелание ее признать, попытка ее умалить, принять за сон, от которого Шакти может проснуться.

За этой первой фазой отрицания утраты23 в процессе горевания Шивы следует фаза прорыва хаотических эмоций, которые миф описывает так: когда сестра Шакти рассказала Шиве о том, что случилось, он поднялся, распаленный эмоциями, как всепожирающий огонь. Из его глаз, ушей, ноздрей и рта вырывалось пламя, со свистом вылетали метеоры. Так, пылая от ярости, он приблизился к месту, где Дакша проводил жертвоприношение. Когда он увидел собравшихся на празднике, его охватила безграничная ярость. В гневе он отправил туда Вирабхадру, львиноголового «повелителя его стад», который ворвался в священное место и стал его разрушать. Вирабхадра – это персонификация неистового гнева Шивы.

Сам Вишну борется с Вирабхадрой в ужасном бою – и только когда Вишну низверг Вирабхадру, Шива сам вступает в бой – с красными от гнева глазами. Вишну становится невидимым и исчезает. У жертвенного алтаря Шива превращает костер в пепелище, а жертвенное подношение превращается в газель, которую Шива хочет поймать. Он бросается за ней, и вдруг снова оказывается перед трупом Шакти.

Гнев, ярость и мысли о мести охватили Шиву – так же и горюющего человека может охватить ярость, гнев и мысли о мести при утрате близкого человека. От гнева Шива забыл об умершей, и только его связь с жертвой вновь возвращает его к телу Шакти, эмоционально – к его боли: он забывает о жертвенном животном и начинает оплакивать ее. «Страшная боль одолела его, и он разразился в рыданиях, как простой смертный».

Бог любви услышал его стенания и приблизился к нему со своими спутниками вожделением и весной, пронзил его сердце всеми пятью стрелами «и учинил полное смешение чувств»: «Хоть и охваченный горем, Шива стал терзаться любовным желанием, томимый горем, он метался, потеряв рассудок от любви. Раздираемый противоречивыми чувствами, он стал безумствовать, то бросался на землю, то вскакивал с нее, то опускался на колени у тела Шакти и бездумно и пристально смотрел на нее»24 . Мало того, что Шиву одолевают ярость, гнев и боль, в нем снова прорывается любовь к умершей Шакти, делая его совершенно беспомощным. Он то неистовствует, то кажется бесчувственным у ее тела, он «раздираем противоречивыми чувствами», как и любой человек в этой фазе горевания.