Когда Брама увидел горючие слезы Шивы, он и другие боги сильно испугались: если эти слезы упадут на землю, они могут сжечь все сущее – вот чего боялись боги. Они призвали на помощь планету Сатурн, но и тот не смог усмирить жар и направил его на самую далекую гору мира. Но и она не смогла удержать слез, раскололась, и жар попал в море и стал «потоком, который не переплыть» – он огибает царство бога мертвых.

Этот миф представляет собой миф о сотворении мира, но повествует не только о возникновении мира благодаря любви, он рассказывает и о возникновении смерти; собственно, любовь и смерть в равной степени являются его темами.

Так для Шивы наступает фаза постепенного отделения от умершей, фаза, которую я в человеческом процессе горевания описала как фазу поиска, обретения и отделения25 . Шива поднимает бездыханное тело Шакти на плечи и, обезумев от боли, бежит с ним на восток. Раз он больше не может любить живую Шакти, то хотя бы с мертвой не расстанется. Нам это знакомо, ведь в ходе каждого процесса горевания горюющий повсюду «ищет» и затем «обретает» утраченного человека, и хочет теперь вместо того, чтобы жить с другим живым человеком, продолжать жить с умершим, пусть и иным образом: с воспоминаниями о нем. Но и эта фаза горевания заканчивается, и с воспоминаниями об умершем тоже придется расстаться, потому что иначе человек будет потерян для мира живых.

Боги в мифе знали об этом. Они позаботились о том, чтобы пока Шива прикасался к Шакти, ее тело не разлагалось, чтобы вечный процесс «умирания и восстановления», смерти и возрождения, вечной трансформации всего живого приостановился. Затем Брама, Вишну и Сатурн прокрались внутрь тела Шакти и разделили его так, чтобы часть за частью оно падало на землю. Там, где части тела богини упали на землю, возник ее культ под разными именами.

Здесь показано, что Шиве шаг за шагом приходится отпускать Шакти, не добровольно, а его, скорее, обкрадывают: власть богов или сама судьба, которой присуща вечная трансформация. Миф показывает мотив расчленения, который, очевидно, необходим для того, чтобы процесс жизни мог продолжаться: каждая из ее частей тела становится напоминанием о богине, она продолжает играть свою роль в жизни смертных. Для Шивы, который проходит этот процесс трансформации, возможно, ведущими были переживание разрушения его воспоминаний об умершей и ощущение саморасчленения в этом процессе. Шива остановился там, где на землю упала ее голова, и наблюдал происходящее, одолеваемый болью. Даже если этот процесс происходит ради жизни, для того, кто через него проходит, он ужасен. Боги приблизились к Шиве и хотели его утешить. Когда «он увидел, что они неподалеку от него, его охватили боль и стыд. На их глазах он обратился в камень и застыл в своей боли и любовном безумии, превратившись в большой лингам»26 .