— Это все, конечно, круто, но нам нужно наверх, а мы движемся по горизонтали, — громко напомнил Юрген, через пару минут такого продвижения.

— Заткнись, умник! — огрызнулся Костолом.

Не без труда, но нам все-таки удалось определить, как изменить угол наклона буровой установки. За это отвечал отдельный рычаг, но его угол оказался очень маленьким, составляя всего пять градусов.

…Прошло минут двадцать пять, тридцать.

Машина, продолжая грохотать и сильно вибрировать, хоть и медленно, но послушно ползла вверх. Вдруг тревожно запищал какой-то датчик. Замигала большая красная лампа.

Мы тревожно вскинули головы, пытаясь понять, в чем дело. Где-то позади что-то грохнуло. И тут в нос ударил запах жженого металла и электропроводки. Миша и Катя закашлялись.

Верг распахнул дверь в машинное отделение и все сразу стало понятно — горел электромотор. Большая стальная крышка справа от реактора была откинута, а из-под нее валил густой белый дым.

— Пожар! — крикнула Катя, отскакивая в дальнюю часть рубки.

Я резко опустил вниз рычаг наклона, задрав буровую круто вверх. От сильного толчка, я едва не упал на пол. Машина ощутимо дернулась еще раз, сильно завибрировала.

Электромотор снова хлопнул.

Всю рубку заволокло едким дымом.

Из приоткрытой крышки брызнули искры, вырвались языки пламени. Шум быстро нарастал, перерастая в грохот. Практически ничего не было слышно. Откуда-то сверху тоже посыпались искры.

— Черт! — задыхаясь и кашляя, Костолом схватил висящий на стене огнетушитель и бросился в машинное отделение.

Быстро сообразив, что бывший наёмник собрался таким образом потушить пожар, я бросился за ним. Но внезапно, машина еще раз дернулась, а затем ее нос вместе с буровой установкой, резко ушел куда-то вниз.

Диггер и Миша, не удержавшись, потеряли равновесие и покатились влево. Катя кое-как удержалась на ногах, но больно ударилась головой о переборку. Что-то лязгнуло. Сверху посыпались искры, вывалились какие-то провода. И вдруг, прямо с потолка, с треском отвалилось что-то крупное, с силой ударив меня по голове. Я рухнул на пол, перестав воспринимать реальность…

…Открыв глаза, я увидел перед собой темный бетонный потолок. Вокруг было тихо. Лишь кто-то едва слышно шуршал вещами.

Рывком поднявшись с земли, я сразу же ощутил накатившую головную боль. Помимо этого, я обнаружил, что нахожусь вовсе не внутри«Боевого Крота». Это был бетонный туннель, сложенный из традиционных тюбингов.

— Твою мать! — пробурчал я, одновременно осматриваясь.

Рядом со мной, положив фонарь на пол и прикрыв глаза, сидел Миша со свежеперевязанным плечом. На белых бинтах уже проступили яркие кровавые пятна. Рядом с ним, на импровизированной подушке лежал Вергилий, но почему-то не двигался.