Прошло ещё полчаса, прежде чем матрос, сидевший в смотровом гнезде на грот-мачте, громко закричал:

— Вижу чёрные тучи! Идут быстро! Направление по ветру!

И действительно, вскоре на южном горизонте появилась длинная тёмная полоса, которая быстро расширялась и надвигалась на наш корабль.

опёршись руками о фальшборт «Хабиса», я смотрел на приближающийся шторм со смешанными чувствами ужаса и восторга. Неожиданно резкий порыв ветра сорвался с вершин высоких волн и бросил мне в лицо поток солёных брызг. Это был явный намёк на предстоящие неприятности, которые нам угрожали.

Я недовольно фыркнул, тряхнув головой, и утёрся рукавом рубахи.

Канак усмехнулся.

— Эх, Лесонт, что-то море тебя не любит. И в рыбалке тебе не везёт, и тут тебя водой обливают.

— Тогда будем считать, что наши чувства взаимны, — ответил я, стараясь удержать равновесие на шатающейся палубе. — Кажется, меня снова укачивает.

— Это только начало. Скоро такое начнётся!..

— Ну, мне-то с Аором бояться нечего, — отмахнулся я. — А ты, вот, не боишься, что тебя смоет за борт во время шторма?

Вандарсиец поморщился.

— Конечно, боюсь. Я же плавать почти не умею. Но ведь вы с Аором не дадите мне утонуть, правда⁈

— Можешь быть уверен — не дадим!..

Я дружески похлопал Канака по широкой спине и через секунду получил в лицо новую порцию солёных брызг.

Несмотря на то, что под шхуной в полную силу работал винт, и скорость «Хабиса» значительно возросла, шторм быстро настигал корабль.

Судя по капитанской карте, до берега было уже близко, но сушу пока никто не видел. Я переживал, что мы не успеем достичь небольшой скалистой бухты, которую выбрали для укрытия. Прятаться в таком месте тоже было опасно, но там хотя бы имелся шанс на спасение. Три якоря, брошенные посреди бухты, должны были уберечь судно и нас от буйства природной стихии.

Через несколько минут чёрные тучи закрыли Сауртан, а затем и весь оставшийся небосвод. Вокруг быстро потемнело. Теперь казалось, что наступил поздний вечер. В отдалении, в центре шторма, были видны сверкающие молнии. Пошёл дождь, с каждой секундой набиравший силу настоящего ливня.

Прятаться в корабельной надстройке мы не хотели. Поэтому остались с моряками на верхней палубе. Чтобы окончательно не промокнуть, я надел на себя и псевдо-Трою морские плащи.

С трудом пройдя по раскачивающейся во все стороны палубе, мы подошли к капитанскому мостику и, держась за перила, поднялись наверх. Здесь капитан Тирос упрямо сражался с волнами и ветром, направляя «Хабис» по уточнённому курсу, а Рене высматривал в подзорную трубу сушу. В то же время боцман приказывал матросам спускать паруса и закреплять канатами всё, что могло выпасть за борт. Седламские воины вместе с Канаком тоже, чем могли, помогали корабельной команде.