— А мы по типажам наберем, — ответил я. — Там играть особо и не придется — просто вести себя как в жизни. Но курсы организовать придется, это вы правильно заметили, с нуля много пленки зазря переведем.

Дядя Федя просветлел глазками — мальчик-гений оценил совет!

Доели, и я спросил:

— В школу вы меня повезете?

— Не, у меня смена через полчаса кончается, в народ пойду, — с улыбкой указал он на веселье за окном и пошел вызванивать мне конвой.

Даже завидно!

* * *

То ли товарищ Умаханов что-то напутал, то ли в последний момент мероприятие масштабировали, но после короткого вертолетного перелета до Махачкалы меня отвезли к ДК, где в директорском кабинете я попил чаю с конфетами в компании педсостава и комсомольско-пионерской верхушки, состоящей по большей части из лиц славянской национальности — от нижнего до среднего ранга — и аборигенов — эти ранга верхнего. Родня, надо полагать, и по карьерной лестнице продвигают своих, но мне уже прямо всё равно — мне бы домой, к Вилочке и повседневным, психологически приятным обязанностям, но лицо, будь оно трижды проклято, держать приходится.

— Верно, Малик Салихамович, — прожевав «Мишку на Севере», ответил я на очередной бессмысленный вопрос.

А других тут и не задают, и уж тем более не пытаются объяснить, чей именно ребенок должен выиграть конкурс. Вот последнее слегка обидно — ух я бы им тут! Шутка, просто судил бы как положено, без истерик и попыток самоутверждаться на «пролах». Подписав выданное мне творческое наследие с моим именем на обложках, подписал и творческое наследие «призовое», от себя добавив туда путевки — победитель поедет в «Артек», второе и третье места — в «Орленок» — и мы отправились в закулисье, где меня посадили в гримерку, выдали еще конфет, а сами пошли придавать финальные штрихи мероприятию. Пожав руку скромно сидящему на пуфике в углу дяде Вите, улыбнулся:

— Здрасьте, дядь Вить, а вы с дядей Петей по какому принципу интересные события распределяете?

Вчера его с нами не было, равно как и щелоковского следака — последний перелопачивает республиканское БХСС, на второй день нашей поездки совершенно ошибочно предположив, что ничего такого я уже не найду, вот и пошел кадры чисто чтоб не расслаблялись понапрягать.

Товарищ полковник хрюкнул и отшутился:

— К цыганке ходим, она нам будущее прозревает, а потом жребий тянем.

Гоготнув в ответ, спросил:

— А вам тоже «не рекомендуется» на личные вопросы отвечать?

— Инструкции для всех, кроме твоей машинистки, общие, — не разочаровал он и ухмыльнулся. — Соскучился поди?

— Очень, — вздохнул я.