— Конечно, Чарли, — был ответ. — Если что-то узнаю, то сообщу тебе.

— Все тогда, до связи, — сказал я и положил трубку.

Повернулся к Мейеру. Он смотрел на меня с интересом, ему явно хотелось узнать, что там такое случилось. И я сказал:

— Фрэнк Скализе перешел на сторону Маранцано. Они договорились, что если Сэл поможет ему стать боссом, то он присягнет ему на верность.

— Значит, ты перемудрил, — сказал он.

Ну да, в действительности перемудрил. Я ведь пытался Мангано привлечь на свою сторону, и в моих планах даже было то, что он перейдет на сторону Маранцано.

— И что ты будешь делать? — спросил Мей.

А что мне еще было делать? Влезть в еще одну войну, на этот раз в «гражданскую» внутри семьи Минео? Попытаться настропалить Винсента против Фрэнка, пообещать ему поддержку, оружие?

Как вариант, конечно. Хотя…

На самом деле переход Скализе на сторону Маранцано не ломал особо моих планов. Мне нужно было продолжать работать. Переманить на свою сторону Терранову, если получится, вот только это будет не так просто, и я не особо ему доверяю.

Да, я им немного помог, когда одолжил им взломщика, чтобы он мог разобраться с тем сейфом в ювелирном. И ограбление прошло хорошо, шито-крыто, даже без стрельбы, как я понял.

Но все же Терранова был трусом. С одной стороны, предсказуем, а с другой…

Чтобы он перешел на мою сторону, надо его напугать. Серьезно так напугать. И у меня это получится.

— Ничего, — ответил я.

— В смысле, ничего? — удивился Лански. — Ты ведь не зря налаживал отношения с Мангано, столько времени потратил, чтобы переманить его на свою сторону.

— Винсент еще сыграет свою роль, — сказал я. — Все произойдет так, как мне надо.

Наверное. Но вслух я этого говорить, естественно, не стал.

— Все будет нормально, — повторил я. — Справимся. А то, что Фрэнк теперь на стороне Маранцано, это мне даже выгодно.

— Выгодно? — спросил Мей. — Чем это нам выгодно? Во главе Семьи теперь не наш союзник, а парень, с которым мы не имеем вообще никаких дел. И чем это нам выгодно?

— Тем, что, когда все закончится, мы сделаем Винсента боссом, подвинем Скализе. И тогда он будет нам обязан. И будет делать то, что мы ему скажем. Какое-то время.

Я снова отошел к окну и прикурил. И мне внезапно для самого себя стало спокойно. В действительности, чего это я так разволновался? Да, звонок Фабиано — это тревожный звоночек, тем более, что его люди могут подумать, что я в действительности пытался убить Маранцано, а Валли просто попался под руку.

Могут начать мстить. И они могут начать действовать без одобрения босса. Атаковать мои точки. Хотя тогда…