Тогда мы что-нибудь придумаем. Но пока надо пояснить свои мысли, чтобы Мей понял. Это вообще очень важно, чтобы союзники тебя понимали. А еще важнее, чтобы друзья.

— Сам смотри, — сказал я. — С точки зрения Мангано боссом должен стать именно он, так? Он старше, у него больше людей, больше влияния. Но теперь Фрэнки договорился с Сэлом за его спиной. Мы предложим Мангано поддержку.

— А что ты имеешь в виду, говоря «когда все закончится»? — спросил Мей.

— Все это, — я махнул рукой в воздухе. — Война и все остальное. Хотя что-то подсказывает мне, что это надолго, если мы не станем действовать активно.

— Ага, — кивнул Лански, задумался немного, а потом сказал. — А что Массерия? Что с ним-то теперь?

— Да ничего, — я пожал плечами. — Доложу ему, что покушение провалилось. Скажу, что Маранцано обложился охраной, и что теперь мне будет сложнее, попрошу больше времени. Пока он сидит у себя в логове, до него не добраться, но и он толком руководить не может. А Паппалардо… Он много сделать не сможет.

— Он не тупой.

— Он не тупой, но его никто слушать не станет толком. Потому что люди начнут думать: говорит он от имени Джо-босса, или от своего. К тому же мне удалось немного приопустить его с небес на землю с этой слежкой.

— Да, я уже знаю, — кивнул Мей. — Но ты уверен, что Массерия поверит тебе?

— Поверит, — кивнул я. — К телефону подошел не тот парень, а потом меня арестовали.

— Чарли… — Мейер сделал паузу, как будто собирался сказать что-то действительно важное, а потом добавил. — Ты ведь играешь с огнем. Массерия не дурак, и если он узнает, что ты сговорился с Сэлом за его спиной, то мы все трупы. Не только ты, все мы.

— Никто об этом не знает, — я пожал плечами. — Кроме тебя и Бенни, но вы болтать не будете. Самого Сэла. Ну и Фабиано, но он теперь сидит и не знает, что думать — то ли я пытался убить Маранцано, то ли… Я даже представить не могу, что сейчас творится у него в голове.

— А Джо? — спросил Мей, подразумевая Биандо.

— Ты ведь в курсе, — я поморщился. — Джо не знал, что мы не собираемся убивать Маранцано. Он не видел, в кого стреляет. Парням надо будет сказать, на чьей стороне мы в действительности, но позже. Придумаем.

— Ладно, — Мей выдохнул. — Допустим, Массерия поверит. И что дальше?

— Буду играть роль верного солдата, — я усмехнулся. — Пытаться убить Маранцано. Ну, точнее делать вид, что все это так. Сыграем достоверно, не волнуйся. А Маранцано пока сделает за нас грязную работу.

— Ты про союзников Массерии?

— Да, — кивнул я. — Я предупрежу его, кого не трогать, а кого нужно убрать. Морелли, например. Однорукий явно зажился на этом свете, к тому же он меня однозначно подозревает.