— А когда Массерия останется один? — спросил Лански.

— Мы его уберем, — ответил я.

Он помолчал немного, посмотрел на меня. Поднялся, обошел стол и сел за него, сложил руки на столешнице. И задал вопрос, который, по-видимому, давно вертелся у него на языке:

— Чарли, я знаю тебя очень давно. И ты порядком изменился с тех пор, как тебя чуть не убили. Так что… Ты ведь не собираешься долго ходить под Маранцано, верно?

— Не собираюсь, — я покачал головой.

— И ты собираешься убрать и его?

Пришло время впервые озвучить то, что надо было сказать уже давно. Но у меня была уверенность, что мои слова не покинут пределов этого кабинета. С Лански можно не скрываться, он был абсолютно верным. За это его ценил Лаки в его прошлой жизни, и за это ценил его и я сам.

— Да, — кивнул я.

— И сам стать боссом всех боссов?

Я усмехнулся. Ну да, наверное это то, к чему может стремиться любой настоящий мафиозо. Получить практически абсолютную власть и долю от дел других Семей по всей стране. Их почти три десятка, и ни одна из них не сможет справиться с тем, кто сумел захватить Нью-Йорк.

Кроме Чикаго Аутфит, может быть. Аль Капоне платить точно не станет. Но это сейчас, а в ближайшем будущем для него все закончится плохо, пусть он и должен вот-вот выйти из тюрьмы.

— Зачем? — спросил я. — Зачем мне мишень на спине?

— Хочешь поставить на видное место марионетку, и править из тени? — выдвинул Лански предположение.

— Нет, — я покачал головой. — Это может сработать, если я, например, попытаюсь скрыться от полиции. И только за счет того, что наша жизнь тайная, да и то пока люди соблюдают правила омерты. Но остальные не дураки, они будут знать, что на самом деле рулю я. И кто-нибудь так или иначе попытается меня достать.

— И что тогда?

— Я вообще считаю, что должность босса всех боссов устарела. Может быть, на старой родине она и необходима, если они иначе не могут решить вопросы. Но здесь, в Америке… Нет, она не нужна. Решать проблемы надо сообща. Как именно это сделать, мы еще успеем придумать.

Я затушил сигарету в пепельнице, которая стояла там же, и проговорил:

— Но для этого придется поработать. У нас еще много проблем, причем проблем насущных. Мне надо встретиться с Анастазией и Костелло. Но так, чтобы мое имя при этом не всплыло. Встреча уже назначена на понедельник, но лучше увидеться сегодня вечером. Дело важное.

— Я организую встречу, — кивнул Лански — Где-нибудь в скрытном месте.

— Лучше в публичном, — ответил я. — Как будто мы увиделись случайно и просто поговорили. Нам нужно будет перекинуться между собой всего парой слов. Главное — на публике будет гораздо сложнее за нами проследить.