– Приди.

Морское дно вздрогнуло.

Вода проникла внутрь через перламутровые двери, снеся их, словно бумажные. Словно океан был живым существом, созданием, которого давно раздражало это сухое человеческое убежище, которое горело желанием изгнать эту чуждую выскочку и вернуть себе свое исконное добро.

За считаные секунды вода поднялась им по шеи.

– Абла, вдох и не дышать.

Али тоже сделал глубокий вдох, и вода сомкнулась над его головой, но он давно знал – с тех пор, как ассасин сбросил его в заброшенный колодец в пустыне, – что его такие вещи не должны беспокоить.

Утонуть Али не мог.

Продолжая держать Аблу, он дождался, когда напор воды уменьшится, выскользнул из ниши и изо всех сил заработал ногами.

Минуту спустя они всплыли на поверхность. Абла билась в его руках, она выплевывала воду, хватала ртом воздух. Вид у нее был ужасный: дурно пахнущая кровь Шардуназату слепила ее растрепанные волосы, ее косметика плыла по лицу ручьями, а одна из сережек пропала. Ее руки были покрыты царапинами, а ее превосходное платье исчезло.

– Ты цела? – выдохнул он.

Абла взвыла:

– Нет. Нас чуть не прикончила банда статуй!

Али поплыл с Аблой к лодке, помог ей забраться внутрь.

– Но руины были очаровательны, правда? Никогда не видел ничего подобного. Мне даже и в голову не приходило, что такие существа, как Шардуназату, еще существуют. Ты только представь, сколько всего он видел за свою жизнь.

Абла посмотрела на него испуганным взглядом:

– Ты, похоже, хочешь вернуться и поговорить по душам с этим ублюдком.

Али залез в лодку. У него как-то странно кружилась голова, побочный эффект от его недавнего прикосновения к смерти, и он подозревал, что это не самая здоровая реакция.

Он погрузил весла в воду:

– Не знаю… может быть, интересно узнать, что еще обитает под поверхностью.

В ЧЕСТЬ АЛИ И ЕГО СПУТНИКОВ ИЗ БИР-НАБАТА родня Аблы устроила пиршество на целый день и до глубокого вечера, сопровождаемое изобильными волшебными фейерверками и безумным барабанным боем, который, подумал Али, будет отпугивать еще минимум три поколения здешних представителей рода человеческого от посещения этого места. Городок джиннов Саба был самым крупным в Ам-Гезире, его построили на руинах еще более древнего человеческого города. Первый порт захода для торговцев из Та-Нтри, Саба был еще и богатым, выставленным напоказ, облаченным в роскошные одеяния и драгоценные украшения в виде его обитателей, а еще он славился отличной едой, предлагаемой гостям.

Али, не сдерживая себя, набросился на еду, он много лет не видел таких пиршеств, и ни он, ни его спутники не демонстрировали хороших манер, поглощая пищу, и ни мгновения, казалось, не проходило, чтобы кто-то из хозяев не предлагал ему какой-нибудь новый деликатес. Он тяжело сидел на пышных подушках. На его плечах покоилась безумно дорогая мантия – одна из нескольких почетных мантий, которые ему вручили. Та, что на нем, была из хлопка и шелка, разрисована ярко-синими и оранжевыми алмазами.