Старлей никогда не был тупым. Напротив, в бою он отличался скоростью бешеной гадюки, а вот мыслил в быту всегда очень основательно, хоть и немного медленно. Потому ненормальность ситуации дошла до него только через несколько секунд. Дальше он, разумеется, медлить не стал.
Подняв руку, он сдернул с монаха капюшон, из глубины которого до этого виднелся только кончик носа.
Увиденное потрясло его настолько, что он, почти шепотом, растерянно спросил:
-— Цинк? Ты? А какого х…
Глава 9
Что-то Гек, похоже, все-таки проворонил. Спина Быка перед его носом несколько раз шевельнулась, потом старлей сделал резкое движение и зачем-то содрал капюшон со стоящего рядом монаха. Дальнейшие действия Гек пропустил — колыхнувшаяся толпа впечатала его носом между лопаток этого самого монаха.
Затем произошло непонятное: перекинувшись парой тихих слов и Бык, и этот самый монах, и боящийся оторваться от сопровождения купец, начали пробиваться через недовольных зрителей, пытаясь уйти от места драки.
Секунду подумав, лейтенант встал в кильватер троицы и двинулся след в след…
Улочка была узкая, грязноватая, но Бык то ли знал, куда идти, то ли просто искал место уединиться и, крепко держа монаха за предплечье, волок за собой. Впрочем, тот и не сопротивлялся, только придерживал на ходу капюшон.
Гек на секунду заметался, не понимая, идти рядом или отстать, но потом решил, что раз основная миссия выполнена: деньги получены без проблем, то можно больше не играть в шпионские игры.
Найдя небольшой свободный закуток между двумя домами, Бык втянул туда монаха, а Хосе и Гек последовали за ними.
-— Ну… Как ты здесь оказался?!
Командира основной группы Гек видел еще дома, несколько раз -— мельком, и сейчас, вытаращив глаза, смотрел на «монаха», с которого Бык снова содрал капюшон.
Бритая башка, длинный, кривоватый нос, чуть лопоухие уши. Цинк?! Между тем на вопрос Быка «монах» отвечать не торопился. Он внимательно разглядывал собеседника, и наконец, задумчиво сказал:
-— А ведь я тебя, Бык, собственными руками закапывал…
Бык помотал головой, как будто стараясь прийти в себя, все еще не веря своим глазам. Общее состояние растерянности было велико, но Цинк первым взял себя в руки:
-— Кто еще, кроме тебя…?
-— Наши все живы… А вот вас мы похоронили всей группой… И машина ваша насквозь проржавела.
Цинк как-то странно хмыкнул и ответил:
-— Ну, охереть…
Через секунду он скомандовал:
-— Значит так, сейчас я отправлю бойца на стоянку, а мы идем к Риму. Там и поговорим.
Бык отрицательно помотал головой:
-— Не, Цинк… Погодь. У нас тут, вообще-то, дела.