такого случилось? Оказывается, ничего не случилось. Женщина, которой скоро стукнет сороковник, потеряла высокооплачиваемую работу, которая ей давно осточертела, и мужа, которого на самом деле и не было в природе. Отлично! Я допила кофе, накинула куртку и пошла на улицу. Во дворе суетились «по хозяйству» Ритины помощники. Я помахала им рукой и пошла за ворота. Элитный коттеджный поселок встретил меня гробовой тишиной: народ поразъехался по офисам, школам и магазинам. Оставшиеся, видимо, сидели дома и варили борщ. Я шла по дорожкам и обдумывала то, что скажу сегодня Рите. Думать мешала не отпускающая меня головная боль. Каждый шаг отдавался в голове, словно рядом чеканил шаг взвод на военном параде. Пройдя три или четыре круга и вернувшись к знакомому дому, я решила закончить прогулку. У ворот стояла Ритина машина. Сама Рита, видимо, уже находилась в доме. – Я тебе звонила, – раздалось у меня над ухом, – где ты была? – Гуляла. Думала, – обернувшись, ответила я Рите, – телефон остался в комнате. – И что надумала? Голова как? – без всякого перехода задала оба вопроса Рита. – Болит, – ответила я на последний, – надумала выкинуть телефон. – Телефон выкинуть? – переспросила Рита. – Зачем? – А чтоб никто из прошлой жизни не звонил. – Для этого достаточно выкинуть симку. Весь телефон не обязательно, – мы скинули куртки и прошли в гостиную. – Я позвоню Гришке. Пусть привезет вечером тебе новую карту. Мне ж тебе звонить надо, если что. – Спасибо, – я кивнула, – телефон оставлю. Ты права. Тем более, он новый. – О! Про то и речь! – Рита вынула из пакета бутылку вина. – Надо бы выпить. Может, полегчает. – Может и не полегчает, – печально заметила я. – Но выпить, тем не менее, надо, – заключила Рита и усадила меня за стол… После крепкого дневного сна, в который мы провалились, торжественно выбросив мою сим карту, я включила свой ноутбук. В почте ничего интересного не наблюдалось. Я открыла чистую страничку нового документа и задумалась. Рита сказала, надо вспомнить, с чего все началось. Откуда все пошло не туда, куда надо. Я начала печатать: «Сначала я влюбилась в его голос…» Вечером я попросила Гришу распечатать то, что набрала в компьютере. Три листка, получившихся в результате этой деятельности, я отдала за ужином Рите: – Вот, моя домашняя работа. Решила тебе сдать ее в письменном виде. – Давай, почитаю. Завтра с утра обсудим, – Рита взяла прозрачный файлик, в который я засунула свой «доклад». После ужина мы разбрелись по комнатам. Я поднялась к себе и встала у окна.