Я не стал догонять «перваков». Ни длинного, ни кучерявого. Пока. Временно.

А вместо этого подошел к дрожащему от страха пацаненку. Сейчас мое присутствие тут важнее.

— Здоров, Сань! — приветствовал я бедолагу. — Вот и свиделись. Года не прошло.

Не понос, так золотуха. Только-только мы разобрались, куда пропала его маменька, так теперь откуда-то двое из ларца нарисовались. С замашками гопников.

— Привет! — выдавил из себя первокурсник. И снова огляделся — будто боялся, что эти двое вернутся.

Но любители азартных карточных игр уже скрылись за поворотом. Будто и не было их тут минуту назад.

— Че они хотели-то от тебя? — по-свойски, напрямую спросил я у страдальца.

Саня молчал.

— Ничего, — буркнул он. — Так, просто поговорили.

Понимаю. Пацанские правила. Стучать нехорошо и все такое.

Но тут другая ситуация. Я сам все видел и слышал. Точнее, почти все.

— Все равно узнаю! — пообещал я. — Обычно, когда люди «просто» по-дружески беседуют, то один из них потом не ходит чернее тучи. Так что лучше колись. Что за дела у тебя с этими кредиторами недоделанными?

— В карты сел поиграть с ними… — нехотя сказал он. — Сказали, что так, без денег. А потом — что должен…

— Ясно, — хмыкнул я.

Знакомые приемчики. Сначала — ничего. А потом и сам не заметишь, как барахло из дома выносить начнешь. Лишь бы нос не сломали. Маслову, ясен пень, не попереть одному против этих двух шкафов.

М-да… Невесело началась у парня суворовская жизнь.

Надо бы ему стержень в себе начать уже делать. Да потверже. А то так и будут его гнобить. До самого выпуска.

— Они еще те шулеры, — горестно констатировал Маслов. — У них даже из «старшаков» никто выиграть не сможет.

— Сможет-не сможет… Бабка надвое сказала. Посмотрим. Фамилии их как? — уточнил я у Сани.

Тот снова сделал вид, что очень заинтересован своими ботинками, и ушел в несознанку.

— Ладно! — решил я. — Не хочешь, не говори. Сам узнаю. Эка невидаль. Чай, не секретные материалы. А ты живи спокойно. Начнут прессовать: говори, что ничего не видел, ничего не знаешь. И вообще никогда ни с кем не играл. А если совсем прижмут: меня зови. Понял? И главное: ни копейки им не давай. Это самое важное, что ты должен запомнить. Ты изначально на деньги играть не договаривался, значит, с тебя взятки гладки. Дашь один раз — в канале будет тяга. От тебя тогда не отвяжутся. Усек?

Саня молчал.

— Ну? — я уже начал терять терпение.

— Усек, — пробормотал суворовец.

— Отлично! — кивнул я и, насвистывая, двинулся по своим делам.

Надо было еще успеть очередь занять к телефону. А то Настенька, небось, уже заждалась. У нее мне, кстати говоря, тоже надо было кое-что выяснить… Были у меня тут кое-какие подозрения…