— Мам! — попытался было робко протестовать юный дистрофик. — Мам! Где ты кости видишь? Нас очень хорошо кормят! Да и не съем я столько! Ну куда я все потащу? У нас сейчас самоподготовка! Мне бежать надо!

Но мама не принимала никаких возражений.

— Ешь! — категорически сказала она. — Ешь, говорю! Бежать ему надо! А есть, значит, не надо?

Я уж было подумал, что она сейчас добавит: «Пока все не съешь, из-за стола не выйдешь!»

Суворовец кинул на меня смущенный взгляд и покраснел еще больше.

— Пойдем! — потянул я Настю за руку. — Отойдем в сторонку. Не будем смущать. Пусть мать с сыном пообщаются.

— Пойдем! — покладисто согласилась девушка.

— Здравствуйте! — раздался вдруг мелодичный голос.

Мы обернулись.

А вот и еще один посетитель. Точнее, посетительница.

На КПП нарисовалось некое воздушное создание. Рослая, эффектная девица лет шестнадцати. В симпатичном голубом плаще, беретике и сапожках. Девица направилась прямиком к дежурному.

Скучающий Матвеев мигом подскочил, пригладил волосы и услужливо спросил:

— Вам кого?

Создание взмахнуло полуметровыми ресницами.

— Белкина… Второй курс.

— Кого? — поспешил уточнить дежурный, сканируя взглядом прехорошенькую фигурку девочки.

— Белкина же… — надув губки, протянула девица.

— Я понял, что Белкина! — терпеливо продолжал Матвеев, не отрываясь от аппетитной фигурки в плаще. — Кого именно? Их у нас двое!

— А! — звонко рассмеялась девица. — Точно! Мне Тимура!

— Брат Ваш? Или как? — бдительно уточнил дежурный.

Девица снова недовольно надула губки.

— Какая разница? Или как! Я позвать попросила!

Матвеев скуксился.

— Хорошо… — кисло отозвался он. — Погодите минутку. Сейчас…

Я сразу допер, что девица в плащике дежурному приглянулась. Но Захар был парнем сообразительным. Мигом понял, что ему сюда дорожка заказана.

И я, кажется, понял. Только другое.

Наконец-то до меня дошло, почему между некогда неразлучными братьями пробежала кошка. Эта хорошенькая кошечка в беретике, плаще и сапожках сейчас стояла на КПП. И на нее, кажется, уже положил глаз наш дежурный.

В этот раз даже не потребовалась моя ментовская чуйка, выработавшаяся за долгие годы работы в органах. И как это я раньше не догадался?

«Cherchez la femme», как сказал бы наш местный полиглот Илюха «Бондарь».

— Андрюх! — окликнул меня Матвеев, потерявший интерес к девице. — Эй, Андрюх! Позови вашего Белкина, будь другом! Тимур который только, не перепутай!

— Ладно! — со вздохом согласился я. — Сделаю.

Ясен пень, не перепутаю. Чай, не первый год в училище. Это поначалу я путал этих совершенно одинаковых двоих из ларца. Впрочем, как и все.