Он покраснел мгновенно, до ушей. Тег я считывать не стала — и так всё было написано на лице крупными буквами.

— Нет. Нафиг они нужны.

— Хахаха! Да кому ты тут лечишь, мелкий! Колись давай, кто нравится?

— Ого ты как изменилась в своей жизни городской!

— Ты о чем?

— Ну как-то наглее в разговоре стала. Была скромнее немного…

— Самостоятельная взрослая жизнь — она такая, суровая. Закаляет. Скромности места нет. Чуть постеснялся и твоё место уже заняли!

«Дорохов, блин…» — подумала я снова.

— Ладно, мелкий. Про девочку рассказывай уже.

— Ну… ммм.,. есть одна. Машка. С параллельного.

— И как? Общаетесь? Дружите?

— Да не. Она… она вредная. Умная очень, всё время спорит, на олимпиадах меня обходит по информатике. Бесит.

Я смотрела на него и узнавала. Боже, да это же мини-версия моей войны с Дороховым. Снова Дорохов. Моё наваждение. Моя болючая заноза.

Хмм… Девчонка его обходит — и сразу «вредная », «бесит». Нельзя ведь мальчику так к девушке. И я вдруг почувствовала, как во мне поднимается что-то едкое, личное, совсем не педагогическое.

— Слушай меня, Сань. Внимательно. — Я села напротив, скрестив руки. — Она тебя обходит, потому что она сильная. И это нормально. Девочки бывают умнее мальчиков, кто бы что ни говорил. Часто бывают. И задача мужчины — не соперничать с ней до посинения, доказывая, кто круче, а поддерживать. Уступать, где надо. Помогать. Быть тем, на кого можно опереться,кто берёт ответственность, а не тем, с кем дерёшься за первое место.

Он смотрел на меня недоверчиво.

— Это как? Поддавки, что ли? Погоди, Марин. В дикой природе разве так происходит? Нам по биологии рассказывают совсем другое… Конкуренция, борьба за выживание, верховенство самцов, кроме редких случаев, типа как у гиен, пчёл…

— Ну ты сравнил! Люди — это люди. Животные — это животные.

— А мы разве — не эволюционировавшие животные?

— Блин! Мелкий! Там другое! Не спорь и слушай, что старшие говорят!

Я начинала закипать…

— Слушай и запоминай, когда тебя учит кто-то умнее, опытнее. И не поддавки вовсе. — Я поморщилась. — Уважение. Понимаешь, мир так устроен, что девочкам всё время приходится локтями пробивать себе дорогу. Везде. Им тяжелее. Поэтому если ты хочешь быть хорошим мужиком, ты будешь ей помогать, а не пыжиться, что ты главнее. Защищать будешь. А не меряться, кто на олимпиаде сильнее.

Где-то на втором предложении я поймала себя на том, что несу этот спич с таким напором, будто выступаю на конференции, а не разговариваю с четырнадцатилетним пацаном на кухне в посёлке. И что половина этого — не про Сашку с его Машкой, а про… да, снова про меня с Дороховым. Будь он неладен. Я ему даже мысленно объявила войну, а тут ещё и брата втягиваю в свои разборки…