Вольво молчал минут пять. Потом легонько тронул Парда за плечо.
— Какие у тебя дела с фирмой «Соло»?
— Дела? — переспросил Пард. — Дел практически никаких. Друзья детства, мы выросли вместе. Из всей компании только я да Дюша откололись. А остальные так вместе и держатся. Фирму вон организовали. Крутятся помаленьку. Я с ними в основном водку пьянствую да пиво на природе потребляю. По праздникам.
— Понятно, — прервал его Вольво. — Ты говорил, что они могут помочь с колесами?
— Думаю, да. Одно из направлений их деятельности — прирученные машины напрокат.
— Замечательно, — оживился Вольво. — Где у них офис?
— На проспекте Мира, недалеко от Дюши.
— Правь туда.
— Нет вопросов! — Пард энергично вывернул руль; «Черкассы» предупредительно всхрапнули двигателем, повышая обороты. Вторая машина пристроилась следом, бампер к бамперу.
Они вновь миновали Ингульский мост, с Пушкинской свернули на Большую Морскую и долго мчали пустынной почему-то улицей. Пард вообще заметил, что в районе Николаева много живых постоянно ошивалось лишь на Соборной да на Херсонском проспекте. Ну, на Мира и Октябрьском еще, основных артериях южного района. А вокруг Соборной улицы оставались большей частью тихими и пустынными. И дремотно-неспешными какими-то.
Всегда. Сколько Пард себя помнил.
Они миновали парк полуэльфа Петровского, пересекли Херсонский и Пограничную, и рядом с автовокзалом влились в жиденький поток машин, что втекал с кольца на проспект Мира.
— Уже почти на месте, — сказал Пард негромко. — Сейчас, за рынком, пару кварталов осталось.
— Это не рядом ли с водохранилищем? — подозрительно спросил Вольво. — А?
— Рядом. Напротив, — подтвердил Пард. — Там девятиэтажка есть, а перед ней скульптура — эльфка с голубями. В этой девятиэтажке они и гнездятся…
— А я помню, как эта девятиэтажка росла, — неожиданно сказал Гонза. — Плохо, правда. Я тогда еще маленький был.
Слева мелькнули крытые ряды Колосовского рынка. Еще несколько минут — и пара «Черкасс» затормозила на асфальтовом пятачке перед памятной девятиэтажкой.
В холле дежурила все та же глуховатая женщина-гном. Парда она прекрасно помнила, но всегда приставала с расспросами и норовила не пустить к лифтам. На этот раз она уже приготовилась броситься в атаку, но Вольво и Иланд окатили ее такими ледяными взглядами, что вахтерша мгновенно сникла и покорно махнула рукой:
— Левый лифт, вызывайте…
И спряталась в стеклянную дежурку, зыркая оттуда, как паук из паутиновых джунглей под потолком.
Пард нажал на тотчас вспыхнувшую кнопку рядом со створками дверей и наверху глухо загудел разбуженный лифт.