Вольво светски улыбнулся, и лицо его вдруг приобрело добродушно-веселое выражение, которое не могли испортить даже ослепительно белые клыки, что выступали, как обычно, из-под нижней губы.

Капитан довольно кивнул. Слова Вольво пришлись ему по душе — наверное, от своих матросов он чаще слышал несколько иную речь…

— Полагаю, единственно возможный способ высадить вас на берег, это за пять — десять миль спустить на воду плоты. Дойдете на веслах, тем более что течение будет благоприятствовать. Броненосцы на плот внимания не обратят, да и береговая охрана такую небольшую цель может не засечь. А если и засечет, вряд ли сразу же примется палить из всех стволов сразу: плот, это, знаете ли, не катер. И не большой корабль. Он не кажется таким опасным, верно я говорю?

Вольво кивнул в ответ:

— Вы абсолютно правы, капитан!

— Плотов у меня два, каждый рассчитан на десять живых. Ваша команда вполне разместится…

— Благодарю вас, капитан.

— К месту высадки мы доберемся еще до темноты. Если, конечно, ничего не помешает и «Гелиодору» не придется рыскать по Чонгару. Ориентироваться будете по солнцу, это несложно, да и я видел среди ваших живых по крайней мере двоих эльфов. Значит, не заблудитесь.

— Да, капитан. Я уверен, что не заблудимся. А какова причина, из-за которой «Гелиодор», может статься, примется рыскать по Чонгару?

— Броненосцы, уважаемый, — с плохо скрываемым беспокойством пояснил Фран. — Чертовы броненосцы! Они могут гонять катера неделями, не подпуская их к берегам. Забавляются, что ли… Даже не стреляют. Просто гоняют, туда-сюда. Иногда втроем, иногда целым флотом. Странные это машины…

— А приручать их не пробовали? — невинно поинтересовался Гонза.

— Как их приручишь, эдакие громадины? — сокрушенно вздохнул Фран. — Впрочем, я слыхал, что в Измаиле этим вопросом занимаются военные. Не знаю, каков результат их усилий, но мне почему-то кажется, что денежки из киевской казны тратятся там впустую.

Вольво при этих словах чуть заметно усмехнулся. Наверное, он больше знал об успехах или неудачах киевских военных на ниве приручения больших судов.

Старпом Сандро тем временем разлил ром по стаканам. Выпили. Сандро крикнул кока-стюарда, которого звали Хуан Карлос Тортоза Сегура, а попросту — Сегура, и тот принес скорую закуску: бутерброды и пластиковые тарелочки с салатами.

— Свежие овощи? — удивился Вольво. — Неплохо живут моряки!

Капитан польщенно засверкал глазами и погладил седеющую бородку.

— Стараемся, уважаемый. Но неужели в Центре свежатина так редка?

— Не столько редка, — вздохнул Вольво, — сколько дорога. Чрезмерно, по-моему: пока я добрался из Центра к морю, к столу моему попало больше свежатины, чем за последние пять лет в Центре. А добирался я каких-то три-четыре дня.