— Юг есть юг, — философски вздохнул капитан. — Есть ли еще вопросы, требующие немедленного обсуждения? А то, знаете ли, не мешает иногда наведаться в рубку, разбудить рулевого…

Вольво вежливо улыбнулся, давая понять, что он оценил шутку.

— … да и старину «Гелиодора» на курс возвращать частенько приходится: последнее время он стал каким-то по-юношески мечтательным. Сезон особенный наступил, не иначе.

— Нет, капитан. Пока у меня никаких срочных вопросов не возникло. Не смею больше вас задерживать!

Фран и Сандро встали, церемонно раскланялись в дверях, насколько позволяла тесная каюта, и удалились по своим загадочным корабельным делам. Пард покосился на бутылку с остатками рома. Уж больно забористая была штука там, за зеленым стеклом.

— Вот и я думаю, — задумчиво протянул Гонза и пошевелил ушами, как прислушивающийся конь. — Допить, что ли?

Он пересел поближе к столу.

Вольво молча разлил все, что оставалось в узкой зеленого стекла бутылке, все до последней капли. Три стакана негромко звякнули, встречаясь над белоснежной скатертью.

— Вы знаете, за что, — коротко сказал Вольво и одним махом, по-виржьи, осушил стакан.

— А как вы думаете, шеф, — спросил через минуту Гонза, когда ром благополучно угнездился в желудках киевских техников, — система отпустила нас? Смирился город с тем, что мы ускользнули? Или будет пытаться расстроить наши планы снова и снова?

Инси взглянула с полки на гоблина. Светлые пряди падали ей на глаза, и лица Пард почти не видел.

— Я ведь говорила уже. Система — это не только наш город. Это все города мира.

— Не думаю, что нам удастся почувствовать разницу, э-э-э… сударыня, — отозвался Гонза. — Наш город, не наш город — какая разница? Пока мы оставались в пределах Киева — система давила, и это было заметно. А влияния других городов я как-то не отследил.

— Я бы не стал успокаиваться и думать, что система смирилась, — сказал Вольво, оборачиваясь к Гонзе. — Система по-прежнему демонстрирует незаурядные способности к импровизации. Нападение турков на Голую Пристань — несомненный удар системы. Большой Стамбул пришел на помощь Большому Киеву в борьбе за целостность системы. Твой вопрос просто неуместен, Гонза. Потому что ответ лежит на поверхности.

С этим спорить было трудно. Гонза и не стал спорить. Только едва заметно кивнул.

— Значит, — подытожил Пард, — следует ожидать очередных сюрпризов? В лице диких броненосцев, надо полагать?

— Вероятно, да. И если броненосцы не замедлят явиться, можно будет даже поздравить себя сквозь слезы. — Вольво снова улыбнулся. Наверное, сегодня у него было хорошее настроение. — Поздравить, потому что мы можем впервые успешно предсказать очередной шаг системы. Очередной удар. А это значит, что мы начинаем постигать нашего врага, учимся понимать его. Это немало, по-моему.